Моя чужая жена

Все были в шоке от нашего сумасшедшего поступка, но счастливы за нас. Мы, конечно, потом сбежали на нашу съемную квартиру и провели охрененно долгую и горячую брачную ночь…

А сейчас мне кажется, что я там, в том самом долгом дне обнимаю Татку и вдыхаю запах ее волос. Но пахнет почему-то не ирисом, а чем-то очень резким и вызывающим. Такой тяжёлый аромат, который бьет в нос, и подкатывает тошнота…

Открываю глаза и вижу рядом с собой растрепанную блондинку. Она смотрит на меня и улыбается. Фокусирую взгляд, осматриваю неплохую фигуру: твердая троечка, большие красные соски и пышные бедра под простынями.

– Ты кто? – сипло спрашиваю я.

– Как кто? Так ты что, совсем ничего не помнишь, тигренок? – сдерживаю рвотный позыв от ее обращения и вопросительно смотрю на телку. Скидываю ее руку со своей груди и сжимаю запястья. – Так я сестра Кати. Марина, – растерянно отвечает она и морщится. Опускаю ее руку и встаю с кровати, хватаясь за виски.

– А Сева где? – спрашиваю, рассматривая бардак в квартире. Пустые бутылки из-под вискаря и мартини, полная пепельница, остатки закуски и стойкий запах грязного секса, смешанный с табаком. Я животное.

– Так у тебя хоть и шикарная квартира, но студия.

– Ясно, – нахожу штаны, быстро их натягиваю и открываю окна и дверь на лоджию. – Я тебя не обижал? – знаю себя, под алкоголем я мучаю телок так, что не каждая выдерживает. Все оттого что стоит у меня железно, тестостерон зашкаливает, и я злюсь, что любая женщина не ОНА. Открываю пустой холодильник и почти стону, оттого что нахожу там минералку.

– Нет, что ты, тигренок. Я давно так качественно не трахалась.

Сука, ненавижу вульгарных шлюшек, но у меня дар цеплять таких по пьяни. Девка встает с кровати и абсолютно голая идет ко мне. Тело действительно красивое, кожа загорелая, со светлыми полосками от бикини, грудь упругая, бедра округлые. Вот над лицом она, конечно, поработала: губы накачены, татуаж, ресницы, как у коровы, и явно сделана ринопластика, боюсь предположить, что и волосы тоже наращенные. Но меня не цепляет ее красота, от слова совсем.