Моя чужая жена

Но по-другому счастье и не дается, по-другому нельзя чувствовать себя полноценным.

Эпилог

Полгода спустя

Антон

– Лела сказала, что не может быть два папы! – заявляет Нюся, кидая ложку в тарелку с хлопьями и молоком.

– Кто? – вытираю салфеткой брызги со стола и вздыхаю, когда понимаю, что она испачкала новую кофту.

– Лела! – повторяет дочь и вынимает из тарелки шоколадные шарики, поедая их руками.

– Лена? – переспрашиваю, собирая ей в рюкзак запасную кофту и колготки.

– Нет, Лела, – упрямо хмурится Нюся.

– Лера, – поясняет Таня, останавливаясь в дверях.

Моя жена необычайно красивая. Я маньяк, но меня невероятно заводит ее беременность. Эта налитая грудь, бедра и пухлые губы. Она такая вкусная и нежная беременная.

– Твоя Лера не права. У тебя же есть два папы? – Да, мы пока не рушим мир ребенка, а рисуем для нее сказку, где есть два папы.

– Она сказала, что один всегда ненастоящий. – Ты ненастоящий? – с обидой спрашивает Нюся.

– Он настоящий, и Захар тоже. Твоя Лера просто не знает, что так бывает, – поясняет Таня, поправляя дочери бант.

– А у моего блатика, тоже будет два папы? – не унимается Нюся, поглаживая большой животик нашей мамы. Детские вопросы всегда самые сложные, обезоруживающие, и ведь нельзя отмахнуться.

– Нет, два папы только у тебя, – подмигивает Таня. – Потому что ты особенная, волшебная девочка.

– Холошо, – хитро прищуривается Настя. – И два подалка на день лождения тоже только мне?

– Хм, – усмехаюсь я. – Хитрая ты лисица, – легонько щелкаю дочь по носу.

– А ты купишь мне плинцессу Силестию? – встает из-за стола и обнимает меня за шею, повисая.

– Куклу?

– Нет. Плинцессу Силестию!

– Таня?

– Пони из мультика, – поясняет она, выручая меня.

– Будешь себя хорошо вести – куплю.

– Я буду очень холошо вести, – дочь целует меня в щеку, а я начинаю ее щекотать. Смеётся, закатываясь, махая руками.

– Все, пошли, опоздаем, – поднимаюсь, а Нюська встаёт ножками на мои ноги.

– Иди так, – хватается за мои руки и хохочет.

– Настя! Вы опоздаете в сад! – строго говорит жена.

– Быстрее обувайся, – ставлю мою лисицу на пол и подаю ей сандалии.

Так вышло, что в нашей семье строгая мама. Я не могу ни за что поругать, наказать или в чем-то отказать. Как можно быть строгим, когда на тебя смотрят такие чистые, искренние глазки? Как можно отказать моей маленькой лисичке? Она же девочка, нежная, маленькая, и я балую дочь, как и ее маму.

– Танюш, я сегодня ненадолго.