Моя чужая жена

Таня вздрагивает и отдергивает руку, словно нас ошпарило от этого касания. Хочется внаглую прихватить ее руку и дернуть на себя. Но я сжимаю чертову ложку, выпрямляюсь и опускаю ее на стол.

– Что ты делаешь в этом кафе? – спрашивает, и я вижу, как ее потряхивает. Тоже тоскует? Или раздражает мое присутствие?

– А ты что делаешь? – так же дерзко ухмыляюсь. – Живешь далеко, и кофе здесь паршивый.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – злится, сжимая губы.

Я по-прежнему вывожу ее из себя. И в моей голове вспыхивают все наши скандалы и конфликты.

Молчу, внаглую пожирая ее глазами.

– Аверин! – это просто моя фамилия, но внутри все взрывается от восторга, она всегда так меня называла. «Аверин, ты мерзавец!», «Люблю тебя, Аверин»… – Ты следишь за мной? – спрашивает как-то обреченно, затихая.

– Нет, не слежу, вчера был возле твоего дома, наблюдал со стороны. И как тебе семейная жизнь, ириска? – намеренно выделяю последнее слово.

– А не нужно трогать мою семью! И не смей так меня называть! – опять вспыхивает, и я вместе с ней. Как она рвет за семью. За своего адвоката-чистоплюя!

– А раньше тебе нравилось, ириска.

– Это было в прошлой жизни, которой уже нет, – обрывает она, беспощадно обрывает все тонкие нити, не оставляя шансов.

На столике вибрирует ее телефон, и она спешит ответить.

– Да, – отвечает на входящий звонок, а затем слушает, что ей говорят. – Как уволили? А я? – растерянно отвечает, моргая ресницами. – И что мне теперь делать? Когда вы найдете водителя? Но это может затянуться… Ладно, возьму такси. У меня сегодня только дом на Ордынке и квартира в центре. Но мне нужен водитель, – она скидывает звонок и тут же набирает еще номер.

– Твой муж позволяет тебе работать риэлтором? Ему вроде по статусу не положено? – да, я язвлю, пытаясь ее ударить.

– Аверин, не лезь в мою жизнь! Ты не имеешь никого права! – раздраженно кидает она мне, встает с места, подхватывает сумочку и торопливо идет на выход, заказывая такси.

Сижу с минуту, пытаясь собрать остатки гордости. Мне довольно доходчиво указали место. И вроде некрасиво рушить семью.