Мне обещали жениха

Несмотря на то что Лора внимательно следила за тем, что делает маменька с новоиспеченным ухажером, тело реагировало на близость Ярлова. Иначе и быть не могло.

– Не сходи с ума, – прошипела она яростно.

На этом ее сопротивление закончилось.

Она даже не попыталась оторвать от себя его руку.

– Тогда расслабься, – так же яростно, быстро сменив тон, бросил он.

Она как раз успела проводить маму и Кистанова возмущенным взглядом. Тем оказалось мало уединения на противоположном берегу! Они решили прогуляться по лесу. Ну-ну.

Она вроде бы даже открыла рот, чтобы высказаться. Но не получилось, воздух резко закончился в груди. Лора жадно его хапнула. Это все, на что она оказалась способной, когда Денис проник сразу двумя пальцами внутрь нее.

Что он говорил про расслабиться?

Она не помнила… Она больше ничего не помнила. После первого толчка последовал второй. Сразу же. Без передышки. Денис, чтобы удержать ее на месте и не дать ускользнуть, а то и бухнуться в воду, перехватил за живот, властно распластал ладонь на ее теле.

Обжигая и покоряя. Лариса прикусила губу, пытаясь не позволить жалостливому стону сорваться с губ. Пелена вожделения застилала глаза.

Пальцы Дениса творили невообразимое. Скользили, толкались. И снова скользили. И снова толкались. Те, что сжимали ее живот, тоже ощутимо вдавливались в кожу, точно им было недостаточно того места, что им определили. Они хотели туда же… Ниже.

У Лоры голова пошла кругом. Нет-нет… Надо остановиться. И сразу же другая сторона, более темная, яростная, которая живет в каждом человеке, воспротивилась.

Быстро зашептала, что они одни, что до них никому нет дела и что абсолютно не видно, что с ней Денис делает под водой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Давай, девочка, ну же…

Хриплый шепот обжигал. Будоражил рецепторы. Обострял и без того оголенные нервные окончания. Его губы прикоснулись к шее. Заскользили по ней…

У Лоры не было шанса. Ни единого. Она всхлипнула и откинулась на грудь Дениса, открывая себя шире.

Его влажный и горячий рот сводил с ума. Поцелуи на шее – это так мало… Так ничтожно мало. Поднимающаяся из груди волна протеста была максимально противоположна по своему посылу – она то требовала, чтобы наглые прикосновения прекратились, то вопила, чтобы он не смел останавливаться. Чтобы дал еще.

Большим пальцем он нашел чувствительную точку… И безжалостно начпл с ней играть.

Перед глазами Лоры все поплыло. Лес, озеро… Небо.