Малыш от чужого папы. Неслучайная связь

– Зря ты…

Одним резким рывком подхватывает меня под бедра и вбивает спиной в стену. Припечатывает своим горячим телом, вынуждает обвить ногами его мощную талию, вцепиться руками в плечи, чтобы не упасть.

Не дав ни секунды передышки, цербер вгрызается в мои губы. Бешено, неистово. Будто имеет на это право.

Я отвечаю на поцелуй. Со всей неистраченной страстью, что накопилась во мне за эти недели и готова выплеснуться наружу.

Крепче сжимаю Артура ногами, отчетливо ощущая его возбуждение, которое передается и мне.

Спускаю руки с плеч Мейера, лихорадочно расстегиваю верхние пуговицы рубашки, случайно царапая грубую кожу. Цербер не остается в долгу. Поцелуями-укусами обжигает мою шею и тут же зализывает «раны».

- Папа вернулся? – радостно звучит из коридора, а я вздрагиваю, ногтями оставляя несколько глубоких борозд на груди Артура. – Папа, выходи, я заметила твои вещи внизу! – звонкий смех, наконец-то, заставляет остановиться и Мейера.

"Дверь распахивается ровно в тот момент, как я соскакиваю с Артура на пол. Хотя бы так…

Но он по-прежнему обнимает меня. Стискивает в цепких лапах и не спешит отпускать.

- Ли-иля? – ошеломленно тянет бусинка.

Медленно изучает нас обоих. Наблюдает, как я высвобождаюсь из объятий Артура, поправляю волосы и одежду.

И прищуривается.

Мое сердце пропускает удар.

Я знаю, что значит этот взгляд. По отцу ее выучила.

На дне каре-зеленых глаз плещется… разочарование.

- Поэтому мама не приехала? – молниеносно реагирует Софи. – Из-за того, что Лиля заняла ее место, - это уже не вопрос. Факт.

- Нет, бусинка, - тяжело выдыхаю.

Делаю шаг к ней, руку протягиваю. Но малышка смотрит на меня, как на врага. И губки поджимает.

Как же горько видеть ее такой.

- Софи, - поправляет меня, четко давая понять: это конец. Проводит невидимую грань между нами. Потому что я посмела влезть в их семью. – И тебе пора, - рявкает грубо. Совсем как ее отец.

- Извинись, Софи, - повелительно обращается к ней цербер, но делает лишь хуже.

Малышка прижимает к себе любимого зайца, пятится назад. Головой отрицательно качает.

- Не надо, - пытаюсь остановить взрывного мужчину и импульсивно обхватываю его ладонь.

Но… Бусинка бросает быстрый взгляд на наши сплетенные руки, «достреливает» меня своей обидой. И, всхлипнув, убегает прочь.

Виновато смотрю на Мейера.

- Тебе придется самому поговорить с ней, - шепчу обреченно. – Меня она не примет.