\

Она обвила меня руками и я, сглотнув ком в горле, прижал ее лицо к своему.

– Любимая… Прости меня! Я как всегда…

– Шшш… – остановила она меня снова, – я понимаю твою логику.

– От этого еще хе*овее!!! – взвыл я, вжимаясь в нее.

– Все! Это была случайность. Никто не застрахован.

– Да, бл*ть, этот мудак – случайность, а я со своей неадекватностью – закономерность! – в отчаянии я сжал ее сильнее, и она со всхлипом подпрыгнула у меня в руках.

Я в ужасе уставился на нее, осознавая, что несколько раз основательно припечатал ее спиной об рельефную каменную стену.

– Да, это теперь главная проблема… – усмехнулась она расстроено, – платье с открытой спиной. Мало того, ссадину еще гримировать…

– Да, пи**ец! – безумно злясь на себя, рявкнул я, убирая свои долбаные руки подальше от нее.

– Все, проехали…

– Ни хе*а мы не проехали! Сними очки, – попросил я.

Я больше не мог находиться в неведении, мне нужно было видеть ее глаза.

– Не надо… – я, не дослушав, аккуратно сорвал очки, игнорируя ее попытку отклониться.

Тушь размазана...

– Я напугал тебя, да? – молчит. – Скажи мне это! Знаю, что я мудак!

– Это на эмоциях… – оправдывалась она, – да все в порядке! Просто этот нож и вы там все рядом. Меня прорвало что-то…

– Любимая, прости. Я больше никогда… – пытался я найти слова. – Боже, как нелепо все это звучит! Почему это дерьмо со мной происходит все время?!

– Все! – отрезала она, отбирая у меня очки.

Отстранившись от меня, она развернулась и села в машину. На заднее сиденье.

АААА!

Юрка сел вперед, а Зимин устроился сзади, рядом с ней.

– Эй, малютка, ты как? – потрепал он ее по волосам. – Ты же не думала, что мы дадим тебя в обиду?

Она улыбнулась и положила голову ему на плечо.

– Напугалась? – спросил он, притягивая ее ближе к себе.

–Да, – ответила она, расслабляясь, и, сняв очки, закрыла глаза.

– Не думай больше об этом.

– Не буду.

Это я должен быть сейчас на его месте. Я должен был защитить ее и утешать сейчас! Она ко мне должна прижиматься сейчас. Я смотрел на них, но не чувствовал никакой ревности, только их близость, не физическую – душевную. И от этого было еще больнее. Она в нем сейчас искала поддержку и тепло. А я так хотел бы дать ей это! Но вместо этого чуть не ударил ее, и она это понимает.