\

- Ой, нет, - сморщился Зимин, - в «Дольче» с пафосом перебор.

- В «Сакуру» без брони нереально попасть, – засомневался Юрка.

– Я в списке VIP-персон! – подмигнула Женя.

Мы удивленно уставились на нее.

- Ну что-о-о? – закатила она глазки. – У нас контракт с клубом.

- У «вас»… - не сдержался я.

Орцов пихнул меня в бок, видимо пытаясь удержать от очередной порции разборок.

– Никогда не был там… Что за место? – заинтересовался Зимин.

– Азиатская кухня, живая музыка, да и клуб при ресторане.

Все так. Я был там пару раз на наших ночных загулах с Орцовым в прошлом году. Как мы не встретились, тусуясь в одном городе? Здесь не так уж и много приличных мест! А если бы встретились после всего того геморроя? Страшно представить…

Через полчаса мы уже делали заказ.

Администратор знал ее лично и улыбался так, как будто в кармане носил запасную челюсть. Нас по просьбе Жени разместили в приват-зоне, в нишах, так что мы были фактически уединены, не считая пары столиков, которые были доступны для нашего обзора.

– Круто! – прокомментировал Зимин. – Выгодно дружить со VIP-персонами!

– Это не моя заслуга, медвежонок, – заулыбалась она. - Пользуюсь чужими лаврами.

– Что тебе заказать, Малыш? – отвлек я её, разглядывая меню.

– Дэн, не травмируй мою детскую психику! Мне и так сейчас смотреть, как вы уминаете всякую вкуснятину, – зашипела она на меня.

Нет, любимая! Я твердо намерен тебя накормить сегодня. Не хватало еще завтра голодных обмороков.

Удалившись на пару минут и выпытав у администратора её предпочтения, я сделал заказ, на свое усмотрение выбрав еще пару-тройку блюд, которые вкупе с заказом парней едва уместились на круглом вращающемся столе.

– Так оголодал? – открыв рот, уставилась на меня моя ничего не подозревающая еще девочка.

– Ага… – сдерживая улыбку, подтвердил я.

– Фуга? – застонала она возмущенно. – Решил кайфануть без меня?

– Хотелось бы с тобой, но не могу позволить есть тебе это! Это опасно… – достать ее сверхопекой проще всего - это я уже усвоил.

– Зорин? – она пытливо уставилась мне в глаза, и мои губы, не выдержав пытки взглядом, предательски стали растягиваться в улыбке.