\

Shadow: Я люблю тебя!

Ни-че-го…

Shadow: Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! Не молчи! Пожалуйста!!! Это очень-очень больно, Женя!!

Тишина.

Не то что бы я ожидал…

Мне хотелось ломать себя и все вокруг себя, чтобы хоть как-то унять боль от своей ненужности, и я за пару секунд превратил в хлам мою многострадальную комнату. Размазывая по лицу кровь из дрожащих разбитых рук и пытаясь унять какие-то судороги, рвущиеся изнутри.

Пусть скажет… пусть скажет мне в лицо, что я НЕ НУЖЕН.

Вылетев из дома, сел за руль, стараясь отдышаться.

Пока ехал, взрыв перешел в депрессняк, отняв все силы и эмоции. И оказавшись перед ее домом, я даже не нашел сил войти внутрь. Сев на крыльце, спрятал лицо в ладонях и исчез.

Словно выстрел раздался звук замка за спиной, вынуждая мой пресс сделать усилие и удержать тело в исходной позе. Дверь открыта.

Что это значит? Это, вообще, что-то значит?

Это значит, что нам есть о чем еще разговаривать?

Сделав усилие над собой, я зашел внутрь. Темно. Тихо. Через минуту мои глаза привыкли, и я увидел…

Она лежала на диване в гостиной, обхватив подушку руками, свернувшись калачиком вокруг нее.

Что происходит? Что происходит?!

Я ждал от нее какого-нибудь знака, чтобы понять свое будущее. Минут через тридцать молчаливой пытки не выдержал, и, вдохнув последний раз ее запах, тихо спросил:

– Прогонишь меня теперь, да?

– Это было бы правильным решением… – прошептала Женя, не давая опять никакой подсказки.

– Моя сумасшедшая малышка… – прошептал я ей в волосы, проглатывая ком в горле, и она вздрогнула в моих руках.

– Как мне… доверять тебе теперь?

– Я ни в чем не обманул тебя. Если бы ты спросила, я бы сказал. И так собирался, просто искал подходящий момент… – признавался я во всем. – Может, ты видишь в этом какой-то свой смысл, совсем мне не понятный.

– Ты использовал это?

– Нет. Никогда. Возможно, только чтобы понять тебя. Хотя… Один раз, когда у тебя был Олег… это я попросил Орцова приехать.

– Придурки… – вздохнула Женя.

– Объясни мне… за что?

– Я спускаю тебе с рук все твои выходки только потому, что это твои честные чувства. И я принимаю это. Я ничего не прошу у тебя, Денис. Вообще ничего. Только одну вещь.