\

Прошло несколько минут, прежде чем ощутил ее присутствие совсем рядом, за спиной. Не оборачиваясь, я слушал, как бешено колотится сердце в груди. Дыхания не хватало…

Остро, очень остро!

Она невесомо провела пальчиком вдоль линии роста волос на затылке, вызывая обострение тахикардии и, практически, потерю зрения.

– Малыш? – потеряв голос, простонал я.

– Ты зря остался… – задумчиво вздохнула она. – Моя психика требует деструктива, «Малыш»! - с усмешкой передразнила она. - Сможешь пережить? Тормозить меня сегодня нельзя.

– О чем ты?

– Просто пообещай не доставать с попытками.

Мои плечи окаменели под ее бродящими по моей коже пальчиками.

- Попытками чего?

- Хочу оторваться. С тобой или без тебя — без разницы. С тобой… наверное, было бы круто. Но если ты попытаешься тормознуть мои фрики, то пойдешь нахрен.

– Да о чем ты?!

Я попытался развернуться, но она удержала меня на месте, схватив за ремень.

– Дэн… Мы же оба в курсе, что я е*анутая? – рассмеялась она. – После произошедшего осталось чувство незавершенности… «Открытый гештальт»! И это давит на меня – нагрузка на мою детскую психику.

– Чего завершить-то?! - запсиховал я. - Изнасилование?

– Нет, Зорин! Просто немножко деструктива и беспредела, чтобы психически доиграть картинку.

Вот больная…

- И… мне нужен наблюдатель на случай, если я зайду слишком далеко. Я бы позвала Ольгу, но ты же все равно не свалишь сегодня?

– Исключено! – отрезал я, все еще не догоняя, чего она задумала, но, по всему телу медленно стало растекаться предательское возбуждение от ожидания чего-то… в ее духе?

Мы оба больные!

– Тогда расслабься, выключи папочку и попытайся получить удовольствие! – она неожиданно прикусила кожу в районе моей лопатки, и я застонал от внезапно накатившей волны кайфа.

- Окей, Туманова. Но у меня тоже одно условие.

- М?

- Из этого дома ты сегодня не выйдешь.

Несколько секунд молчания.

- Договорились. Хочу снять повязки. Все равно сет сорван… Помоги…

Я обернулся.

Хочу… Хочу эту великолепную заразу! Несмотря на то, что она вся покоцанная с ног до головы.

– Режь бинты!

Сунула она мне ножницы в руки.

– Больно же будет… – попробовал я сопротивляться.

– Пусть! Это исправимо. Я буду не в том состоянии, чтобы чувствовать такие мелочи.

А в каком?...

Вопросы по инерции еще рождались в моей голове, но руки уже подчинялись ее требованиям.