Магия уборки

Например, заклинание выведения пятен прямо на кожу отлично охлаждает любой пыл.

Но сейчас ни про какие заклинания я даже не вспомнила. Я вообще забыла, где мы и из-за чего сейчас спорили. Все отошло на второй план. Остался совершенно невероятный головокружительный поцелуй, выбивающий все мысли из головы и пол из-под ног. Пожалуй, только крепкие объятия некроманта удержали меня на ногах, когда воздух закончился и нам потребовалась короткая передышка.

Но стоило поцелую завершиться, как его волшебство отступило перед суровой реальностью.

Я прикусила губу, стараясь не рассмеяться, и уткнулась Эйдану в плечо. Было ужасно неловко и стыдно перед скелетом.

— Беня, выйди вон, — коротко скомандовал некромант.

И скелет, как мне показалось, нехотя пошаркал из кухни.

— Так на чем мы остановились? — Эйдан чуть отстранился и заглянул мне в глаза, тут же переместив взгляд на губы.

— На том, что я кого-то увидела в поисковом заклинании! — Второй раз такая провокация не пройдет!

— А я сказал, что ты меня сегодня напугала, — продолжил наши воспоминания магистр.

— Видимо, очень сильно. — Усмешка у меня вышла чуть нервная.

— Да, — подтвердил Эйдан без тени улыбки. — Очень. И с этим нужно что-то делать. Я нуждаюсь в утешении.

— А что, того, что было, не хватило? — делано поразилась я.

— Ты шутишь? С начала знакомства с тобой мне нанесено столько моральных травм, что их теперь лечить и лечить, — серьезно заявил некромант и снова наклонился ко мне.

Но я уже немного пришла в себя и кое-как собрала мысли в кучу, поэтому в последний момент отклонилась.

— Эйдан, я точно что-то видела, — уперлась я в грудь магистра. — Уверена.

— Вот она, женская хитрость в действии. — Эйдан нехотя разомкнул объятия. — Давай для начала попробуем узнать, кто его носил.

— А это возможно? — оживилась я.

— Да, после смерти… семьи, — Эйдан запнулся, но тут же продолжил, — артефакты были переданы наследнику.

— А ты его не сверял с тем, что в наличии? — поразилась я такой беспечности.

— Мне было все равно, веришь? — Улыбка у некроманта вышла грустная.

И я поверила. Никакими деньгами и вещами не вернешь родных.

Но все же мы, держась за руки, поднялись в кабинет, где Эйдан нехотя отпустил меня, усадив на кресло, а сам принялся копаться в бумагах.