Лягушачий король

 – Неужели я за это время не узнал бы код, как вы думаете?

– Инструмент положи, – тихо попросил Иван.

– Как только вы сядете на скамейку, – пообещал тот. – Попробуете еще раз кинуться на меня – богом клянусь, разнесу ваш драгоценный «Гибсон» об стену.

Иван молча выбрался из кустов и сел. Взгляд его не отрывался от гитары.

Сыщик придвинул ногой чехол и поставил гитару на него.

– Олейников. – Он поморщился, приложил ладонь к животу. – Режиссер. Вернемся к нему. За что вы его ненавидите, Иван Денисович?

Иван сглотнул.

В левой скуле неожиданно вспыхнула боль.

– Восьмого января я вышел проветрить голову, – бесцветным голосом сказал он, будто не слыша вопроса. – Наши спали, когда я уходил и возвращался. Потом я узнал о смерти Нины и попросил их меня… подстраховать.

– Какие отношения вас связывают с Егором Олейниковым?

– Иначе на меня повесили бы ее убийство, без вариантов, – продолжал Иван, глядя мимо сыщика.

– Замечательно. А теперь про Олейникова расскажите, пожалуйста.

– К смерти Нины я никакого отношения не имею.

– Он вас бил? Насиловал?

– Я всего-навсего старался не попадать в поле зрения ментов.

– Олейников. Егор.

– Искренне раскаиваюсь в том, что дал ложные показания.

Сыщик замолчал, внимательно рассматривая его.

Иван по-прежнему смотрел мимо.

– Спокойной ночи, Иван Денисович.

Парень положил гитару на чехол, отступил на несколько шагов, не спуская с него глаз, и растаял в сумерках.

Илюшин шел к станции, стараясь держаться хорошо освещенных мест. Район был неприятный. Вместо собачников – тихо бредущие поодиночке алкаши.

Вдоль темных стен за кустами он то и дело улавливал какие-то шевеления. Пару раз мимо него медленно проползла низко сидящая вишневая «девятка» с тонированными стеклами. Из приоткрытого окна вылетал и развеивался сигаретный дым. Илюшин кожей чувствовал чей-то оценивающий взгляд. Проезжая второй раз мимо, «девятка» притормозила. Из окна высунулась прыщавая морда, оглядела Макара и сунулась обратно.

Позвонил Бабкин.

– Ты не представляешь, куда меня занесло, – вполголоса сказал Макар.

 – Давно таких мест не видел!

– Расскажешь, когда вернусь. С племяшом уже повстречался?

– Только что расстались.

– Как прошло?

– Бычара бешеный, – фыркнул Илюшин. – Чуть не прибил меня. За секунду на моих глазах разогнался до аффекта и пошел махать кулаками.

– Ты цел?

– Справился лаской и убеждением.

Теперь фыркнул уже Бабкин.

– Могу представить! Он что-нибудь дельное рассказал?

– На фамилии Олейникова его перемкнуло.