Кровавая луна (ЛП)

Прежде всего, ощутить меня самого как лидера группы и предполагаемого получателя чаши с отравой там, на крыше. Да, я виновен в том, что оборвал жизнь Столе Эуне. Жалею ли я об этом? Нет. Поскольку Столе был прав, на самом деле это простая математика. И я верю, что он умер счастливым человеком. Счастливым, потому что Столе принадлежал к той части человечества, которая находит глубочайшее удовлетворение в том, чтобы внести свой вклад и сделать этот мир немного лучше для всех нас.

После похорон, в соответствии с пожеланиями Столе, в ресторане «Шрёдер» состоялись поминки, на которых были поданы бутерброды и кофе.

— Форфанг жаждал мести и уничтожал всё, что стояло у него на пути, — сказал Эйстейн. — Но газеты всё ещё пишут, что он был серийным убийцей, а он им не был, не так ли? Харри?

— Мм. Не в классическом смысле этого слова. Они чрезвычайно редки.

— Со сколькими из них ты сталкивался? — спросил Олег.

— Я не знаю.

— Ты не знаешь? — хмыкнул Трульс.

— После того, как я поймал своего второго серийного убийцу, я начал получать анонимные письма. Люди бросали мне вызов, говоря, что они убивали. Или собирались убить. И что я не смогу их поймать. Полагаю, большинство из них просто получали удовольствие от написания писем. Но я не знаю, отнял ли кто-нибудь из них чью-то жизнь. Большинство известных нам смертей, которые являются убийствами, успешно расследуются.

— Значит, они, возможно, перехитрили тебя, ты это хочешь сказать?

Харри кивнул.

— Да.

Пожилой мужчина, явно немного подвыпивший, вышел из туалета.

— Друзья или пациенты? — спросил он.

Харри улыбнулся.

— И то, и другое.

— Как и все мы, — сказал мужчина, входя в переполненное помещение.

— К тому же он спас мне жизнь, — пробормотал Харри себе под нос.

Остальные трое подняли свои бокалы."

"— Я тут кое о чём подумал, — сказал Трульс. — То твоё высказывание Харри. О том, что если ты спасаешь чью-то жизнь, то несёшь за неё ответственность до конца жизни этого человека...

— Да, — сказал Харри.

— Я проверил. Это не пословица. Эту фразу придумали для сериала «Кунг-фу», и написали её так, чтобы она звучала как древняя китайская мудрость.