Кротовский, вы сдурели (СИ)

Ева в ответ сделала отрицающий жест и накинула на голову капюшон.

— Давай, отойдем, — сказала она мне, — Нет смысла толкаться в толпе.

Согласен с Евой. Люди сейчас настроены против нее, светиться на митингах ей точно не стоит. Мы отошли в сторонку и подождали, когда закончится агитация. Часть людей начала разбредаться с пустыря, некоторые остались, продолжая обсуждать тему выступления. К нам подошел док.

— Здравствуйте, рад видеть вас, граф, среди простого народа. Для людей это важно. Зря вы отказались предстать перед ними.

— Здравствуйте, док. В другой раз… непременно… вы отлично справляетесь.

— Благодарю, — док слегка зарозовел от похвалы.

Ева потянула меня за рукав. Мы снова дошли до дома чучельника, но опять его не застали. Мальчишка еще раз выглянул из хибары напротив.

— Куда еще он мог пойти? — брасаю ему еще одну монету.

— Куда пойти? — переспросил мальчишка и поковырял пальцем в грязном носу, — В шинок.

— А где шинок?

— Вон там.

— Вот… засранец мелкий, — негромко выругалась Ева, — Не мог сразу сказать…

Однако и в шинке мы не застали чучельника.

— К черту, мы так будем искать до ночи, — выйдя из шинка, выпускаю Гамлета и Ныра, — Ребята, найдите мне это чучело.

Черный поднялся в небо, серый направился к хибаре, обнюхал дверь и взял след.

— Туда… за пустырь…

Он привел на свалку, ровно на то место, где недавно откапывал трупы собак. На этот раз человеческий труп лежал на груде мусора.

— Это чучельник? — спрашиваю мрачно.

— Он, — ответил Ныр, — Запах идентичен.

— И по описанию подходит, — добавляет Ева.

— Зар-раза, — Гамлет опустился на мое плечо, — Что будем делать?

— Зайдем к нему в дом.

В третий раз за день пришли к халупе чучельника.

— Надо было сразу ее вскрыть… ходим тут кругами… нас десять раз срисовать успели, — из дома напротив ожидаемо высунулся малец, —…эй, ломик есть у тебя?

— Ломик? — удивленно переспросил мальчишка.

— Ломик, ломик… — пошарил в карманах, но похоже, монетки у меня кончились, — Да пофиг…

Вынимаю из инвентаря рыбий скелет и поддеваю хлипкую щеколду.

— Фу, ну и вонища у него в доме, — Ева зажимает нос.

— Не надо так громко восклицать про вонь, — предостерегаю Еву, — Люди могут услышать. А у тебя и так репутация… на сей счет…"

"Хотя… Ева права, конечно, вонь специфицеская. Ныр тоже сморщился… а затем оскалился недобро. На столе стоит чучело волка, видимо, еще недавно чучельник над ним работал.