Кодекс Охотника #01

— Благодарю за содействие, ваше благородие! — протянул мне руку комиссар.

Это был тонкий момент. Я мог не пожимать ему руку, ведь я в своем праве. Он простолюдин, а я благородный. Вот только его статус в разы выше моего, и сделай я так, то проявлю свое неуважение.

Словно проверку он мне устроил на мудака.

— Взаимно, — пожимаю его руку.

Мне выделили машину, которая должна была доставить меня в отель, но тут я и разошелся. Раз такая подвернулась возможность, то я поделился ситуацией с рядовым полицаем и спросил у него совета, как должен действовать аристократ, который является гражданином Империи, но при этом всю жизнь жил в другой стране и теперь хочет официально закрепиться здесь.

Мне посоветовали обратиться в Имперский Архив, и я попросил меня туда отвезти.

* * *"

"«Имперский Архив». Ненавижу бюрократию. Всегда ненавидел. В прошлом мире было всё легко и просто. Чтобы получить заслуженную награду, нужно было просто предъявить Старшине душу.

Да, вот так просто. Нет, конечно были маньяки или коллекционеры, которые отрезали у убитых ими чудовищ части тел.

Типа... трофеи. Старый Мак был тем еще любителем. Его хибара была забита клювами, когтями, щупальцами и прочей хренью, которой он очень гордился, но это было не моё. Ты убил чудовище, ты забрал его душу, зачем еще глумиться над его трупом?

Да, нам за убийство чудовищ еще и платили. Платил Орден. А уж какую он собирал плату с заинтересованных лиц, нам было... похер. Но Старшина Зуб никогда не ошибался. И отваливал столько полновесных кристаллов, сколько мы заслужили, за вычетом обязательного взноса на нужды Ордена.

Ну, мы были не в обиде, ведь если тебя поломает кристальный голем и ты будешь несколько месяцев восстанавливаться, то Орден возьмет на себя все траты. Такая себе профессиональная страховка.

В нужной мне комнате, кажется, никогда не бывало солнечного света. Причем, это был не подвал, а пятый этаж, куда я добрался, по привычке пешком по узкой лестнице. Никогда не упускал повод размяться, а еще я не любил лифты.

В ограниченном пространстве очень трудно защититься от возникшей угрозы, а я всегда был настороже. Паранойя? Возможно. Но как говорил старик Мак: «Слишком смелый охотник — мёртвый охотник!»

Завешенные окна, пыльный пол, давно требующий уборки, и симпатичная девушка у стойки, брезгливо прикрывающая курносый носик белым кружевным платочком. Простое платье из недорогих материалов и одинокое колечко на среднем пальчике говорило о небольшом достатке, в лучшем случае.