Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

— громко объявила дородная женщина, в руках которой была большая бамбуковая решетка для варки на пару. — На каждый стол по двенадцать штук: шесть с парным мясом и шесть с грибами-шиитаке и мясом! Ешьте, пока горячие!

Улыбающийся Мо Жань принялся помогать женщине разносить манты по столам.

— Спасибо, бессмертный Мо!

— Спасибо, бессмертный!

Малыш, который был хорошо знаком с Мо Жанем, громко закричал:

— Спасибо, братец Вэйюй!

Лин-эр внимательно наблюдала за каждым движением Мо Жаня, не в силах отвести от него горящего желанием взгляда.

Ох, ну и ладно, ничего страшного нет, если она просто на него посмотрит.

— Спасибо, бессмертный Мо, — томно шевеля алыми губами самым что ни на есть нежным голоском поблагодарила она, когда мужчина подошел к ее столу.

В ответ Мо Жань одарил ее искренней улыбкой, в которой не было и намека на интерес. Ослепленная и обезоруженная Лин-эр, которая изначально просто хотела привлечь к себе внимание этого красавца, сама оказалась смущена и поспешно опустила голову.

В итоге необслуженными остались два стола: за одним из них сидел Чу Ваньнин, а за другим – Ши Мэй, которые из-за разных пристрастий сели порознь. Сначала Мо Жань обслужил стол Чу Ваньнина. Увидев его, Учитель нахмурился и сделал ему выговор:

— Хватит уже хлопотать, еда стынет.

Когда он подошел к столу Ши Мэя, тот с улыбкой сказал:

— А-Жань, ты просто мастер на все руки, спасибо.

— Ха-ха, могло быть и лучше, к тому же я просто помогал тетушке.

После этих слов Мо Жань повернулся, чтобы уйти. Ши Мэй решил, что он хочет сходить за тарелкой для себя, поэтому подвинулся, освобождая ему место на скамейке, и предложил:

— Садись здесь. Я уже заказал еще одну чашку с мантами специально для тебя.

Сначала Мо Жань остолбенел от неожиданности, потом неловко почесал затылок и с улыбкой сказал:

— Я хочу сесть за стол Учителя.

— ...С каких пор ты перестал есть острую пищу? Там ведь сидят только те, кто не ест острое.

— Я бросил, — сказал Мо Жань.

Ши Мэй какое-то время молчал. На мгновение его взгляд опасно потемнел, но почти сразу он вновь широко улыбнулся и со смехом произнес:

— Я, конечно, слышал о людях, которые бросали пить и курить, но еще никогда не слышал, чтобы кто-то бросил есть острый перец.

— Не стоит сравнивать это с курением.