Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Она бередила чувства Чу Ваньнина, заставляя его одновременно бояться и с нетерпением ждать того, что может случиться этой темной ночью.

Вот только Мо Жань ничего не предпринимал. Этот пылкий человек, который когда-то прославился своим необузданным темпераментом и страстью к плотским утехам, внезапно стал косноязычным, осторожным, робким и очень почтительным.

Он даже спать лег полностью одетым.

Чу Ваньнин облегченно выдохнул, но в то же время его сердце кольнула легкая досада. Не успев устыдиться своих крамольных мыслей, он услышал, как Мо Жань поднялся с пола, а затем на цыпочках подошел к его кровати и отодвинул полог.

Сердце Чу Ваньнина тут же подскочило до самого горла. Свернувшись калачиком, он сохранял неподвижность. Притворяясь спящим, он изо всех сил старался успокоить сбившееся дыхание, надеясь лишь, что его обман не будет замечен.

Он не знал, зачем встал Мо Жань, и что он намерен предпринять.

Чу Ваньнин никогда ни с кем не встречался и не интересовался двойным совершенствованием.

Он был похож на человека, который никогда раньше не переходил реку вброд. Бурное течение слишком пугало его, и он предпочел бы сперва потренироваться в неглубокой заводи, прежде чем ступить в неизведанные воды. Столкнувшись лицом к лицу с непредсказуемой стихией он очень боялся оступиться и, оказавшись втянутым в водоворот, пойти ко дну.

Именно поэтому Чу Ваньнин в самом деле так опасался дальнейших действий Мо Жаня.

Возможно, Мо Жань заметил, как дрожит его тело или услышал, насколько громко бьется его сердце, но почему-то он вдруг замер на месте и какое-то время ничего не предпринимал. А затем наклонился и…

Он склонился так низко, что Чу Ваньнин почти чувствовал жар, исходящий от его груди, и обжигающее дыхание на своей коже.

Какое-то время Мо Жань просто смотрел на него, потом убрал за ухо выбившуюся из его прически прядь волос и бережно подоткнул одеяло.

Чу Ваньнин немного успокоился, ощущая одновременно удовлетворение и глухое раздражение. С чего это вдруг Мо Жань стал таким благородным и заботливым?..

Эхо мысли еще не замолкло в его голове, а этот «благородный человек» снова склонился над ним. Чу Ваньнин успел почувствовать только мягкое и теплое прикосновение к щеке. В голове словно что-то взорвалось и загудело. Он ощущал себя маленьким островом, на который налетел разрушительный шторм.