Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Сопротивляться до последнего, но все равно быть покоренным, разбитым и полностью разжеванным его зубами — вот его судьба.

Человек, стоявший впереди него, понятия не имел о том, какие грязные желания терзают сейчас Мо Жаня. Видимо, для того, чтобы разрядить неловкую ситуацию, Чу Ваньнин принялся браниться вполголоса:

— Какое возмутительное бесстыдство!

— Хм, — у Мо Жаня в горле пересохло. Глядя на него влажными от желания глазами, он хрипло поддакнул, — и правда, очень постыдно.

— Эта Ци Лянцзи ведь замужняя женщина, ее муж умер совсем недавно и она заняла его пост главы Школы Цзяндун.

— Хм, — Мо Жаню никак не удавалось обуздать так некстати атаковавшее его желание. Он и сам не заметил, как его губы оказались слишком близко к шее Чу Ваньнина.— И правда, отвратительно, — рассеянно пробормотал он.

Мо Жань без интереса скользнул взглядом по озаренному пламенем небу, где Наньгун Лю и Ци Лянцзи продолжали страстно сношаться на глазах у всех.

Он смутно помнил, что Ци Лянцзи была значительно старше Наньгун Лю, а ее покойный муж приходился ему старшим названным братом[170.7]. Так что Наньгун Лю, согласно семейной иерархии, должен был звать ее невестка[170.8].

Было довольно странно, что эти двое внешне добропорядочных людей вдруг оказались в одной постели.

Пока он обдумывал эту мысль, из пожара бедствия долетел глухой голос Наньгун Лю.

— Если хочешь еще, просто назови меня старший братик[170.9].

Кем? Мо Жань удивился не на шутку. Как… как такое возможно?

Эта женщина намного старше, так с чего ей называть его старший братик?

Но, похоже, Тасянь-Цзюнь сильно недооценил постельные навыки Наньгун Лю, а также слишком переоценил выдержку Ци Лянцзи.

— Старший братик… братец… давай, не мучай меня… ну же… ааа!...

— … — даже лицо бесстыжего[170.10] Мо Жаня после такого залилось стыдливым румянцем.

В этот самый момент мягкие длинные ресницы Чу Ваньнина под его ладонями слегка задрожали, рождая внутри невыносимый жар и зуд. Такой малости оказалось достаточно, чтобы сладкая истома в один миг захватила все его тело.