Холодное сердце Хальгорда

— Это где?

— Нужна карта, я покажу"

"— Сейчас, — подхватился Свейн

— Сиди уже, — буркнула я, поворачиваясь к топчану, стоящего рядом с моим, — позже, сначала обработаю рану Эйнару.

Первые три дня были очень тяжёлыми, я практически не спала и, попросив Бруно перетащить раненого к себе ближе, принялась выхаживать мечущегося в бреду воина. На второй день к вечеру рана загноилась, мужчину бил озноб, но неизвестные мне травы и настойки, а ещё моё постоянное присутствие рядом с ним, всё же помогли мужчине выкарабкаться и сейчас он шёл на поправку.

— Так, что тут у нас, — улыбаясь проговорила я, осматривая рану. Её цвет и вид меня уже не смущал, скорее её размер откровенно пугал, шириной с хорошее яблоко, но радует, что оказалась неглубокой и сейчас затянулась тоненькой коркой, — смотри-ка уже гораздо лучше, к возвращению домой будешь почти как новенький.

— Эвелин, спасибо тебе, — прошептал Эйнар, чуть сморщившись, — я видел Одина, но ты вымолила мою жизнь у него.

— Угу, — кивнула старательно, размазывая мазь на ране, от неё приятно пахло травами и неприятно прогорклым жиром, но благодаря ей, рана быстро заживала, а кожу не тянуло.

В очередной раз мысленно поблагодарив Бруно за науку, я, наложив новую повязку, пошла стирать грязные. Ну как стирать, прицепив ткань к верёвке, отпускала за борт, там их нещадно помотало в солёной воде, а уж потом, почти чистые, хорошенько прополоскав в пресной, я полчаса кипятила их в котле.

Первый раз засунув в котёл тряпки, я очень удивила мужчин, проходя мимо, каждый пытался заглянуть под крышку.

— Эвелин, Свейн сказал, что тебе нужна карта? — окликнул меня Хальгорд, с тех пор как Эйнеру стало лучше и появилась надежда, что он выживет, все воины и в том числе конунг, резко изменили своё отношение ко мне, стали уважительнее, что ли.

Хотя Хальгорд всё так же почти не смотрел в мою сторону и был хмур, лишь Бруно продолжал бурчать и ругать меня, если я сделала, что-то неверно.

— Да, я хотела посмотреть кое-что

Через минуту в моём закутке стало слишком тесно. Лежащий на своём топчане Эйнер, нагло усевший на моём Свейн, я примостилась на краешке и Хальгорд.

— Вы можете показать, где мы? И где ваши земли?

— Здесь, — ткнул пальцем Свейн на карте, туда, где в моём мире находилась Норвегия.

— Земли наши здесь, — показал Хальгорд, всё на ту же Норвегию, только северную её часть.