Карамазов. Книга 3

Девушка кивнула и направилась к выходу:

— Жду тебя в коридоре, — прошептала она и вышла за дверь.

— Официально Рипер и Вихо взяты живыми, — сказал начальник охранки, едва только дверь за Юсуповой закрылась. — Их ждет показательный суд.

— Чернь должна понять, что грозит за попытку убийства высокорожденных? — криво усмехнулся я.

Калинин откинулся на спинку кресла:

— Соображаешь, мальчик, — протянул он. — В книге Спасителя сказано: “Не сотвори себе кумира”. А если у черни будет кумир, похожий на вашего одержимого — до добра это не доведет.

Я только кивнул. В конце концов, политические игры не были моей сильной стороной. Пусть этим займется тот, кто в этом смыслит. С этими мыслями я подписал бумагу и вернул ее Алексею Викторовичу. И начальник охранки буднично продолжил:

— В городе появился еще один одержимый. А еще, сегодня ночью сгорела мануфактура и несколько лавок.

— И какое отношение мой отдел имеет к поджогам? — удивленно начал я. — Работа конкурентов…

— Если бы, — перебил меня Калинин. — Жрецы Синода утверждают, что дело с поджогами нечисто.

— Как скажете, — коротко кивнул я.

Калинин кашлянул, будто попытался привлечь мое внимание, но так ничего и не сказал. Мне показалось, что он раздумывал и лишь потом заметил, что я стою напротив.

— Ты ждешь чего-то? — фыркнул он и махнул рукой, отсылая меня.

Развернувшись, я вышел прочь.

Глава 10 Поиски

Кристина стояла в коридоре и оживленно о чем-то болтала с Милорадовичем.

— Хочу выразить вам благодарность за то, что избавили город от двух моральных уродов. Я про Вихо и Рипера. Додуматься же: устраивать шоу из убийства аристократов. Куда катится мир…

Он покачал головой, словно бы не понимая, как такое могло произойти.

— Это мой долг, — сухо ответил я, пожимая протянутую ладонь.

Поздравлять парня с помолвкой я не стал. Просто сделал вид, что не знаю об этом знаменательном событии.

— Идемте? — обратился я к Кристине.

Та помедлила, но затем приняла мою руку и пошла со мной.

— Жаль, что вы не успели спасти Сергея Юсупова, — произнес Милорадович, когда я уже направился к выходу."

"Внутри поднялась волна злобы. Он что, нарывается? И лишь большим усилием воли я смог подавить в себе это чувство. Остановился, неспешно обернулся.

— Я имел честь общаться с ним, — продолжил сын генерал-губернатора беспечно. — Добрый парень. Мухи не

обидит.