Измена. Ты пожалеешь... (СИ)

Иногда на съемках по двадцать дублей приходится делать! А бесчисленное количество повторов, чтобы отточить до идеала произношение одной-единственной фразы?!

Так что недовольство Влада и отсутствие манер — лишь мелочь.

Совсем скоро она своего добьется.

Если бы Лиза не вжилась в роль трагической кликуши, поднявшей вой из-за увиденного, все произошло бы намного проще…

Ева была уверена — проблема именно в том, что Лиза не отпускает мужчину. Вцепилась в него клешнями, потому что слишком долго была рядом с ним и решила, что теперь он навсегда принадлежит лишь ей.

В то время как… можно ли присвоить себе другого человека, словно вещь?

«Пожила с ним счастливо и сыто, теперь подвинься!» — Ева адресует эти слова мысленно Лизе.

Роль любовницы Еву не устраивает.

Жалкие подачки со стола подбирать она не станет.

Ставка в этой игре — все или ничего, и на этот раз она не проиграет.

Подготовка проведена отменная.

Плюс слухи, которые вот-вот пойдут в широкие массы о бурном романе Евы с Владом, станут последней каплей в браке Лизы, который держится на честном слове.

Влад зол, раздражен. От утомился, устал от постоянных ссор и скандалов.

Прекрасно!

Нет ничего лучше, чем мужчина, уставший от быта и скандалов домашней клуши-жены!

Плюс детишки капризные, тоже выкрутасы устраивают."

"Семья Владу хорошенько мозг вынесла, это славно. Значит, она станет пластырем для его ран и снимет напряжение… Станет его отрадой, ласковой и нежной. Мужчины — примитивные существа, у них весь мозг плавно перетекает вниз, и они падкие на лесть и ласку.

Она плавно скользит к напряженному Владу, смотрящему на нее исподлобья, и оплетает лебединым жестом его шею руками.

Тянется к губам…

— Как долго я тебя ждала… Наконец-то нам никто не помешает. Любимый…

Глава 30. Она

— Спасибо, Вить, но я не хочу вас стеснять. К тому же…

— Влад может проверить, не у меня ли ты? — усмехается брат.

— И это тоже, да. Мои разборки с мужем и так потревожили всех в нашей семье.

— Кто-то развел слишком много грязи, — отрезает Виктор.

— Знать-то знаю. Но… — вздыхаю. — Ты маму видел? На ней лица нет, совсем посерела! Переживает за нас всех. За Еву, в том числе.

— Дочь, какая-никакая. Любому родителю иногда за своих детей бывает стыдно, сама родитель, понимаешь, наверное. Как только любимое чадо себя покажет с дурной стороны, себя начинаешь винить. Сразу начинаешь думать, где недоглядел, чего недодал и все в таком духе.