Я еще князь. Книга XX

Лора быстро просканировала его тело. Никаких переломов и ран, кроме душевных, на нем не было.

Ну еще и доспехи все в мелких вмятинах. Мой маленький забияка постарался на славу.

Сейчас его душевное состояние сильно подорвано. У него было внутреннее хранилище, и оно оказалось куда больше, чем у монаха. Может, поэтому ему и удавалось сдерживать хаос. Но пока оно нестабильно. Словно трясущийся стакан с водой. Надо просто немного времени, чтобы раны зажили.

— Идти можешь? — я протянул руку.

— Я не настолько беспомощен, — ухмыльнулся он и, облокотившись на посох, как на трость, встал на ноги.

— Тогда пошли. Будем совершать мстю, — махнул ему рукой и пошел наружу.

Чан удивился. Еще бы. Когда еще увидишь настоящего царя обезьян?

— Простите… — произнес он. — Но я ваш фанат!

— Правда? Вот уж не думал, что у меня будут фанаты, — улыбнулся Сунь Укун.

— Могу я попросить вас… — он неловко похлопал себя по карманам. — Я даже не знаю, что попросить.

Трехметровое божество первым подошло к Чану и пожало ему руку.

— Я не буду мыть эту руку никогда! — серьезно заявил он.

Мне даже стало страшно за него. Как бы он не поехал головой, от такого.

Но нашу милую беседу Фаната и звезды прервал писклявый кашель старика монаха кочка.

— А вот и последний участник нашего представления, — хихикнула Лора.

Обезьян и Чан встали у меня за спиной, а я подошел ближе к монаху.

Что-то долго он приходил в себя, так что щелбан с энергией немного ускорил процесс.

— И снова здравствуйте! — произнес я. — Как ваше ничего? Видели китайскую стену? Словили дзен?

После моего приема с его бородой она изрядно поредела и выглядела, как мертвая медуза.

Недолго думая, старик поймал взглядом своего бывшего питомца и закричал.

— Чего ты встал, болван, убей их! Они нанесли мне урон! Если бы я не был таким сильным, то вместе со мной и ты бы сдох!

— Неа, — покачал Сунь Укун головой. — Не хочу.

— Я приказываю! — казалось, его голос стал еще тоньше.

— Не буду! — передразнил его обезьян, от чего получил от меня максимальный респект.

— Вот так вот бывает, — развел я руками. — Был питомец, да сплыл. Что ж, думаю, что и твоя жизнь скоро оборвется. Все же ты прожил достаточно, так что жалеть тебе не о чем. Как ты там говорил? Годы тренировок и аскетизма в горах Китая! Многолетний путь, и все такое? Да?

— Погоди! Я все расскажу! Прошу, не убивай! Прошу!

Нет, ну это невозможно воспринимать всерьез.