И только смерть разлучит нас (СИ)

Ты же понимаешь, что смерть брата императора и отца наследника престола - это событие, которое никто не сможет проигнорировать? Уже верх везения, что тебя никто не видел. И раз до сих пор не подняли переполох, то у нас появился шанс. Да, я понимаю, что герцог сам виноват, что погиб он от своей собственной руки, но чтобы это осознать, императору потребуется время, а попади ты под горячую руку… В общем, ты неважно себя чувствуешь, поэтому до сих пор не вставала. И завтракать откажись, я потом тебе отдельно принесу.

Дениз кивнула.

Ей и обманывать не придётся – самочувствие на самом деле оставляло желать лучшего, а при мысли о еде к горлу подступала тошнота. Наверное, последствия магического истощения. Как жалко, что закончился отвар, что ей давал императорский целитель! Отличная вещь, надо бы попросить ещё. Или рецепт.

Герцог подошёл к двери, открыл её, гаркнув в сторону выхода:

- Завтрак в гостиную через полчаса, и горничные для миледи! – и отправился в сторону купальни.

Не успела Дениз перевести дух, как появились горничные и статс-дама.

- Миледи, вы сегодня неважно выглядите, - первое, что изрекла маркиза. – Плохой сон?

- Нет, просто не выспалась, - ответила герцогиня и прикусила язык, но поздно, слова уже сорвались.

Горничные многозначительно переглянулись, мол, проспала лишних два часа – и не выспалась? – но вслух, конечно же, ничего не сказали. Женщины помогли герцогине принять ванну и переодеться из ночного одеяния в утреннее платье, а потом проводили в гостиную, где за накрытым столом уже сидел Демьен.

Герцог встал и вышел навстречу супруге, но Дениз до него не дошла. Собственно, ей даже не пришлось изображать отсутствие аппетита: стоило запаху еды достигнуть её носа, как вернулась тошнота, и девушка едва успела добежать до купальни.

- Боюсь, я не голодна, - прошептала она, когда муж, встревоженный её долгим отсутствием, заглянул в купальню. – Наверное, мне лучше снова лечь.

- Пригласите целителя, - отрывисто бросил Демьен горничным, рассматривая бледно-зелёную супругу – герцогиня явно не притворяется. – Думаю, ты права, пойдём, я провожу тебя в спальню!"

"При прислуге говорить было небезопасно, поэтому герцог не стал озвучивать догадку, что на состоянии жены сказались утренние приключения. Всё-таки потрясение от нападения ди Тореля и его смерть у неё на глазах – серьёзное испытание для хрупкого женского организма.