Мужчина моей судьбы

Это меняет дело!

Дальше Петька отправляется к наиглавнейшему лепрекону:

— Уступите мне свой неразменный золотой.

— С какой стати? — справедливо возмущается тот.

— А я помогу вашему сыну жениться на любимой девушке.

— Хм… Это меняет дело.

Затем брат топает к лидеру клуриконов:

— Не желаете ли выдать дочь замуж вот за этого славного лепрекона?

— Еще чего? — фыркает лидер. — Мне такой слабак и даром не нужен.

— Да, но выкупом за невесту станет новый проход, как раз неподалеку от алмазных залежей.

— О!.. Это меняет дело! Дочь, я нашел тебе жениха.

— Фи… Нет. Все твои кандидаты, папочка, неотесанные грубияны.

А Петька тут как тут:

— Да, но это сын вождя лепреконов.

— О!.. Тогда другое дело…

Вот так, или примерно так все и происходило. И теперь довольные друг другом стороны, ударив по рукам-хвостам-лапам и подписав соответствующие договоры, старательно заваливали старые проходы, чтобы ими больше никто не смог воспользоваться.

Эмина как раз закончила рассказывать, когда вдалеке послышались быстрые шаги, и через несколько минут из темноты тоннеля показались Саллер и Петька.

Принцесса тут же вскочила на ноги и бросилась к своему герою. Прильнула к груди, оплела его шею руками, и хмурые морщинки на лбу брата разгладились, как по мановению волшебной палочки. Он покрепче прижал к себе девушку, виновато взглянул на меня поверх ее головы, беззвучно шепнул одними губами: «Прости» и снова перенес все внимание на Жемчужину.

Удивительно, но герцогу удалось-таки уговорить «кузена» вернуться.

Правда, только на время, чтобы поговорить с Кемраном.

— Хорошо, но, если он и дальше станет возражать против наших встреч, мы опять уйдем, — упрямо тряхнул головой Петька. И Эмина согласно кивнула.

Мы вышли из пещеры, попрощались с Мррагарром — остальные стражи разбрелись куда-то, — и шагнули в открытый им портал…

Чтобы через пару мгновений оказаться в совершенно незнакомом мне месте…

Глава 31

Растерянно огляделась.

Мрачный полупустой зал без окон и, похоже, без дверей… Закопченный стены с редкими тусклыми светильниками, которые почти не разгоняли притаившиеся по углам густые осязаемые тени… Неровные каменные своды, пол, покрытый непонятными знаками, постамент посередине, гулкая тишина и мерзкий тошнотворный запах…

Скорее всего, мы где-то под землей… Глубокий подвал или склеп… А, может и то, и другое сразу.

В любом случае, это точно не наши покои, не летняя резиденция, не дворец и даже не здание столичной службы безопасности.