И один в тайге воин

Десять раз на ту сторону реки выстрелю, и раз восемь точно попаду. Благо прицел оптический на неё как родной встал.

— Ох и мастер ты, Миша, — неожиданно проворчал атаман. — Это надо же удумать, из обычной винтовки такой самострел соорудить. Ты мне вот что скажи. А сколько винтовок ты так переделать сможешь, если остальное бросишь?

— Это смотря за какое время, — удивлённо протянул Мишка, уже догадываясь, к чему он клонит. — Ежели за год, то полсотни точно сделаю. А ежели за месяц, то не больше десятка.

— А чего не делаешь? — тут же последовал вопрос.

— Рано ещё торговать ими, — покрутил Мишка головой. — Сначала её в бою испытать надо.

— Так ты ж из неё в прошлом годе почти всё лето на берегу палил. Неужто мало? — удивился казак.

— Мало. Просто палить — это одно. А в бою, не мне вам рассказывать, и ползать, и прыгать приходится. И грязь всякая на оружие летит. Так что сначала её как следует испытать надо, а потом уж и о продаже подумать можно.

— Тоже верно, — подумав, согласился атаман. — Но учти, первым делом винтовки свои станешь в станице продавать. Для нас такое оружие первое дело. А дальше уже как сам решишь. Уговор?

— Если казаки брать станут, — кивнул парень. — А то у нас ведь как? Предложи кому чего интересное, так он покрутит, повертит, похвалит, а потом со своим старым воевать пойдёт. Боятся у нас люди новой механики. Да и не только у нас, — закончил он, вздохнув.

— Ага, как же, боятся, — фыркнул казак. — То-то твои маслобойки уже, почитай, во всех дворах стоят.

— Так то маслобойки, — рассмеялся Мишка. — Там всё просто и понятно. Да ещё и вкусно. А главное, от них жизнь не зависит. А тут оружие. Да ещё которое особого ухода требует. Ну не любит тонкая механика грязи. За такой винтовкой и пригляд другой нужен. Потому и хочу повоевать с ней. Пусть казаки своими глазами посмотрят, что она умеет. А потом уж и об остальном говорить можно будет.

«Не объяснять же тебе правила рекламной кампании», — закончил он мысленно.

— Ну, тоже правильно. Своими глазами увидеть — оно всегда полезнее, — подумав, кивнул казак.

За разговором они дошли до околицы станицы, и атаман, остановившись, принялся вглядываться в противоположный берег реки. В этом месте река делала поворот, и по течению можно было сплавиться на этот берег, не шевельнув вёслами. Река сама вынесет. Подбежавший к ним казачок лет десяти бодро доложил, что сотня выходит, и умчался, не дожидаясь ответа.