Гадюка в сиропе

Но у Раисы Андреевны была гипертоническая болезнь, и с ней от невероятного волнения случился удар. Грызлов понял, что мать вот-вот скончается, отнес ее на кровать и преспокойненько ушел, радуясь, что события приняли такой оборот. Раиса Андреевна и впрямь не дожила до утра и ничего никому уже не рассказала.

– Она только написала странное слово, почему-то по-английски – ghos.

– Да, – согласился Володя, – соседка рассказала нам то же самое. Пришлось взять словарь, и знаешь, что вышло?

– Что?

– Оказалось, что слова ghos нет, но есть ghostly – привидение или призрачный.

И как только я не догадалась посмотреть в словарь!

– Но почему она писала по-английски? – осведомилась Лиза.

Костин вздохнул:

– Инсульт – загадочная болячка, может, бедняжка просто забыла, как будет нужное слово по-русски, а по-английски припомнила. Знавшие ее люди отмечают, что Раиса Андреевна великолепно владела этим языком, вот в минуту болезни в памяти и всплыл нужный термин.

– Но когда Юра уходил, – сказала я, – соседка подглядывала у «глазка». Она припомнила, как мужчина буркнул: «До свиданья, Раиса Андреевна». А учительница якобы ответила!

– Нет, – возразил майор. – Дело было не так. Грызлов, уходя, для отвода глаз громко произнес слова прощания. Но Раиса Андреевна лежала на кровати и не могла ответить. Соседка просто домыслила ситуацию, как иногда бывает со свидетелями.

– Почему Юра сразу не убил меня? – тихо спросила я. – Он знал, что я ищу Степана Разина, даже меня дразнил, называя себя Емельяном Пугачевым.

– Ты была ему нужна, – коротко бросил майор.

– Хочешь сказать, он полюбил меня и поэтому пожалел?

Володя стукнул кулаком по столу.

– Дура! Имей в виду, этот субъект никогда и никого не любил. Это чувство ему незнакомо. Ты была ему просто временно необходима.

– Зачем?

– Ну, он пребывал в абсолютной уверенности, что Лену осудят за убийство, и хотел украсть романы Кондрата.

– Да почему? Он ведь и сам умел писать!

– Во-первых, не так хорошо и увлекательно, во-вторых, Грызлов просто хотел нажиться на чужом труде, а в-третьих, ему очень импонировала мысль о том, что покойный Разумов станет невольным «спонсором» живого Грызлова. Юра-то успел оттащить ему восемьдесят тысяч долларов и хотел вернуть утраченное. С твоей помощью он думал выудить романы из компьютера и забрать их себе.