Гезат

Именно саблей, потому что при ударе пикой чувство злорадного торжества как-то притупляется. Убивать стрелков было легко. В египетской армии они не носят никаких доспехов, даже кожаных. На голове соломенная шляпа с узкими полями или что-то вроде тюбетейки из треугольных лоскутов разного цвета, из одежды только набедренная повязка и через плечо висит сумка с камнями или колчан со стрелами. Кстати, луки у многих двухсоставные, как в старину. Все босые, причем ступни и голени намного темнее загорелой кожи на туловище, почти черного цвета.

Когда у меня была возможность, рубил пращников наискось от левого плеча вправо вниз, вдоль ремня сумки. С лучниками обращался гуманнее — рассекал шляпу вместе с головой. Не знаю, сколько их было, может, пара тысяч, может, больше, но в лагерь не вернулся никто. Наверное, кто-нибудь умудрился ускользнуть, всегда находятся везунчики, но вряд ли захотят еще раз попасть под раздачу, удерут домой. Остальные лежали в разных позах на сухой и твердой земле, которая жадно впитывала кровь, текущую из ран, и словно бы именно поэтому приобретала красноватый оттенок.

Когда подъехал Гай Юлий Цезарь со свитой, мои подчиненные заканчивали сбор трофеев. Как по мне, ничего ценного с мертвого стрелка взять нельзя, разве что свинцовые пули у пращников, потому что на любой металл сейчас есть спрос, но всегда находятся желающие обшмонать трупы. Рядом с императором скакал на крупном вороном жеребце Митридат Пергамский — обладатель лукавых карих глаз под густыми черными бровями, широкого длинного носа и густых черных усов, скрывавших верхнюю губу.

Двух- или трехдневная щетина делала его похожим на обычного грабителя с большой дороги. Вот только надраенные, бронзовые шлем в виде головы льва и «мускульный» панцирь, золотые персти с драгоценными и полудрагоценными камнями разного цвета на всех пальцах, кроме больших, и ремень из золотых прямоугольных пластин с барельефами в виде скачущих лошадей, говорили, что передо мной очень богатый человек.

— Это тот самый хитрейший из кельтов и воинственнейший из греков, о котором я тебе рассказывал, — представил меня Гай Юлий Цезарь на греческом языке Митридату Пергамскому.

 — Очередное его коварство погубило значительную часть египетской армии.

— Это он предсказывает судьбу? — задал тот уточняющий вопрос.

— Да, — подтвердил император."

"Людям хочется верить, что кто-то из близких или хотя бы знакомых обладает феноменальными способностями, особенно, если этот человек предсказывает им что-то хорошее.