Гезат

В отличие от последних да и от остальных кельтских племен, нервии вели спартанский образ жизни. Каждый мужчина был в первую очередь воином. Никаких излишеств, украшений и вина. Всё это делает мужчин слабыми. Нервии даже не пускали на свои земли купцов, чтобы те не портили их нравы. Чужеземцы тоже не задерживались у них надолго. Если не уходили сами, то вдруг исчезали бесследно. Просить пощады нервии не захотели. По сведениям от амбинов, они спрятали своих женщин, детей и стариков на труднодоступных островах в болотах и приготовились дать бой.

Римская армия двигалась в обычном порядке, каждый легион со своим обозом. По мере углубления в земли нервиев, участились случаи дезертирства. Сбегали недавно нанятые кельты из разных племен. Особенно много дезертиров было среди всадников. Видимо, решили, что нервии победят римлян, так что самое время смыться на полученном от последних коне. От двух новых турм, нанятых Авлом Форием, осталось всего несколько человек, которых он рассовал по старым.

Из моей турмы никто не сбежал.

А зачем убегать от хорошей жизни?! Мы находились на вражеской территории, значит, можно было всё: убивать, насиловать, грабить… С первыми двумя пунктами как-то не срослось, потому что аборигены умело прятались от нас, а вот с третьим вышел полный порядок, если можно так выразиться. Тупо следовать вместе со всей конницей было скучно, поэтому мы каждый день уходили то налево, то направо, наведывались в покинутые деревни нервиев. Худо-бедно, а небольшие запасы прошлогоднего зерна и бобов находили.

Кстати, деревни здесь огораживали не так, как соседние племена. Нервии наклоняли два молодых деревца, растущих рядом, накрепко связывали их, благодаря чему те росли не вверх, а вбок. Вдобавок между ними сажали ежевику и другой колючий кустарник, не знаю название. В итоге получалось дешево и зло, не пролезешь, не ободравшись.

Крупно нам повезло, когда после двух ходок налево повернули направо. Я решил проверить, куда уходит тропа, ведущая от деревни в сторону болота.

Посчитал логично, что жители вряд ли ходили к болоту так часто, что проторили такую довольно широкую и утоптанную. Оказалось, что перед болотом тропа, обогнув холм, поворачивает на север и уходит вглубь леса. Через пару километров мы выехали на большой луг, на котором паслось стадо коров голов около двухсот под присмотром десятка подростков. Видимо, гнать скотину через болото на острова сочли нерациональным.