Дива

Сам его туда и по­слал! Её муж, Алфей Никитич, уже в больнице лежал, в Вологде... Заехал и заторчал там на два дня! Чем уже она потчевала его, но мозги обработала так, что чумной вышел. Никак уезжать не хотел, едва в чувство приве­ли... Представляешь, влюбился!

— Влюбиться — это здорово..."

"— Чего здорового? Если бы по своей воле...

— А что, бывает по чужой?

— Она присушила! — заявил Костыль. — Ну приворо­жила, опоила чем-то... Ведьма же! И губернатора тоже, между прочим. Меня пыталась опоить — не вышло!..

— Чем опоить?

— Парным молоком! Заговорённым, естественно.

— Как столичного целителя?

— Баешник и про него рассказал?

— В картинках...

— Не молоком их напоили — водярой. Какие-то бабы. В общем, тёмная история...

— А где теперь целитель?

— Говорят, Шлопак до сих пор лечится, — сообщил Недоеденный. — И на Пижму больше ни ногой.

Зарубин усмехнулся и тяжело вздохнул:

— Я бы хотел, чтоб меня приворожила, какая-нибудь ведьмочка...

Недоеденный не услышал тоски закоренелого холо­стяка.

— Но я про другое хочу сказать.

— Может, любит тебя? — спросил Зарубин.

— Да меня тут любят все бабы! — уверенно заявил он. — А сейчас, когда в разводе, так вообще с ума сходят. Я здесь второй жених после губернатора. И никому нет дела до моих чувств... И вдова эта тоже! Любит или нет, не скажу, но бегает за мной. Будто с жалобами: то телят волки порезали, то тёлок.

Он ещё что-то хотел сказать, но подумал и решил, что и так слишком разоткровенничался. Поэтому сделал не­ожиданное заключение:

— В общем, она мне и навредила. Фефелов сначала хотел меня забрать в Госохотконтроль. Но после того, как угодил к Диве на ферму, резко изменил отношение. Мы же с ним, получилось, соперники! Потому что она ещё тешится надеждой меня очаровать.

— Конкурировать с шефом трудно, — саркастически заметил Зарубин. — Но зато каков соперник!

— В том-то и дело! — подхватил Недоеденный. — Я с медведями боролся, мне чем крепче противник, тем азартней. Но твоя помощь потребуется, Игорь. Только надо чисто провести королевскую охоту. Поможешь? А я в долгу не останусь. Выставлю самого крупного мед­ведя. Есть у меня один в заначке, для губернатора бе­рёг... Тебе отдам.

— Ловлю на слове, — сонно пролепетал Зарубин.