Чужая роза

Все предметы стояли на своих местах, кроме шкатулки, в которой хранился определитель. Странно, кстати, что герцог пытался проверить мою силу. Интересно, с чего он вообще решил, что я владею магией? Неужели из-за моих глаз? Среди ветерийцев бытовало поверье, что желтый – ведьмовской цвет, и они свято в это верили. Вот только к ведьмам я никакого отношения не имела. Как говорится, ни сном ни духом. И герцог, похоже, был разочарован, когда определитель ничего не показал.

Я размышляла о недавнем «испытании», а сама быстро осматривала ящики письменного стола. Бумаги, перья, палочки сургуча, стопка расходных книг. А это что? Один из ящиков, самый нижний, оказался заперт. Я присмотрелась и увидела крошечное отверстие для ключа. Рука сама потянулась к волосам, тонкая шпилька скользнула в отверстие.

Я открыла футляр и замерла, разглядывая крупный сияющий камень. Поначалу я не заметила ни золото ободка, ни красоту огранки, ни россыпь сапфиров, создающих оправу для огромного бриллианта.

Руки задрожали от волнения. Горло сжал спазм. В памяти ожил прокуренный голос Лючии. «Глаз пламенного льва ждет камня перемен, а время сна – отваги. Соедини одно с другим, услышь призыв, рискни – и сделай шаг за грани».

"Выходит, камень перемен – действительно камень, а не какое-то иносказательное обозначение непонятно чего. Но тогда и глаз пламенного льва вполне может оказаться тем, что Лючия назвала началом пути. И что получается? Нужно вставить камень в глазницу мраморного льва?

Душу затопила такая радость, что я едва не задохнулась.