Чужая роза

– Куда? – вытаращился на него Бруно.

– Ты же хотел найти алтарь? – усмешка вышла так себе, но Алессандро с трудом сдерживал нетерпение и не следил за лицом. – Считай, что мы его уже нашли.

– Сандро, это может быть опасно, – тихо сказал Марко, но отговаривать не стал, и он был благодарен за это другу.

– Ничего. Не в первый раз, – бесшабашно улыбнулся Абьери и пошел к дверям.

Алессия Пьезе"

"К горе Харда мы подъехали уже на закате. Восьмой день нашего странного путешествия подходил к концу, а я так и не смогла определиться со своим отношением к храмовнику.

Страшно это, любить кого-то так извращенно и истово, разрываясь между долгом, требующим убить «дьявольское отродье», и сердцем, прикипевшим к иномирянке. А если взять в расчет обиду на эту самую Танию, что забрала сына и ушла, то такой коктейль не каждый способен вынести и не свихнуться.

За то время, что провела бок о бок с храмовником, я еще не раз пыталась завести разговор о цели его поисков, но Гвидо, словно жалея о минутной слабости, заставившей признаться, отмалчивался или разражался бранью, проклиная всех ведьм и творимые ими коварные козни.

До Саритии мы добирались какими-то тайными тропами, избегая торных дорог и людных мест. И только миновав границу, храмовник немного расслабился и свернул на большой тракт, ведущий в обход столицы.

– Приехали, – буркнул Гвидо, останавливая повозку у подножия горы.

– Собираешься идти туда в ночь?

– Тебя забыл спросить, – угрюмо ответил храмовник, а я потерла развязанные им руки и попыталась его образумить.

– Через полчаса полностью стемнеет, мы не успеем добраться до разлома.

– Будешь меня учить? Бери поклажу и шагай вперед, – кинув мне узел с вещами и привязанную к нему баклагу с водой, буркнул Гвидо, а сам развернул повозку, слез и хлестнул лошадь, заставляя ее тащить колымагу в сторону города.

– Ты не собираешься возвращаться?

Я удивленно смотрела вслед громыхающей по камням повозке.

– Чего встала? Пошли. У нас мало времени, – не ответил на мой вопрос Гвидо.