Чужая роза

Он разглядывал странную обстановку кабинета – яркие фрески с изображениями извивающихся цветов, старый рассохшийся письменный стол с многочисленными резными ящичками, пустые шкафы с неопрятными обрывками книжных страниц, кособокие кресла, грязный мрамор пола. Все вместе создавало впечатление полного запустения. И зачем Марко этот разваливающийся особняк?

– Ты хоть понимаешь, сколько сил мне пришлось приложить, чтобы уговорить Адриана снять с тебя опалу? – продолжал тем временем друг. – Зачем, Сандро? Зачем ты взял с собой девицу? Об этом ведь наверняка узнают!

Форнезе отвел от лица волосы хорошо знакомым жестом, выдающим волнение.

– Чем ты только думал? Нет, я понимаю, она красавица и, должно быть, хороша в постели, но, Сандро, ты понимаешь, что будет, если контесса узнает об этой…

Сандро запнулся, не в силах подобрать правильное слово.

– О моей конреди? – подсказал Абьери и добавил: – Думаю, когда контесса узнает об Алессии, ее планы по опустошению моего кошелька рассыплются в прах.

– Что ты сказал? – Марко подался вперед и впился в него неверящим взглядом.

– Ничуть.

– Сандро, мы же договорились. Ты мне пообещал, что подумаешь над предложением императора!

– Я и подумал.

Абьери закинул ногу на ногу и повернул на пальце кольцо. Старая привычка, оставшаяся с тех времен, когда на его плечи лег титул герцога Навере со всеми сопутствующими «привилегиями».

– Так, подожди. Дай мне руку.

Форнезе вскочил с кресла, в мгновение оказался рядом и схватил его ладонь.

– Если эта девка тебя приворожила…

– Марко, сядь и успокойся. – Абьери вырвал руку и твердо посмотрел на друга. – Алессия не стремилась занять место моей конреди, это я ее заставил.

– Хочешь сказать, она сопротивлялась? – недоверчиво протянул Форнезе. В серых глазах мелькнул отблеск магии.

– Хочу сказать, что сам буду решать, с кем мне проводить ночи – с навязанной женой или с желанной конреди. И все на этом. Закрыли тему.

– Но…

– Все, Марко. Хватит. Я ценю нашу дружбу, но если ты скажешь об Алессии еще хоть слово, можешь считать, что у тебя больше нет друга.

– Вот, значит, как. – На лице Форнезе промелькнуло раздумье. – Что ж, хорошо. Я больше ничего не скажу. Но прошу об одном – не торопись объявлять о ее статусе официально.

Марко взял со стола перо и принялся вертеть его в руках:

– Адриан сейчас крайне раздосадован поведением сына, и если император узнает, что ты пошел против его воли, он выплеснет на тебя все накопившееся раздражение.