Черная вдова, или Ученица Аль Капоне

 – Дело ваше, не хочу пугать, очень скверное. Статья серьезная, докажем – сядете по полной, на десятку.

– Вы не представились, – автоматически произнесла Марина, стараясь не показать, что она в шоке – десять лет на зоне, не слабо укатали московские друзья Егора!

– Простите, забыл. Перевозников Михаил Андреевич, старший следователь по особо важным делам.

– Понятно. Так вот, Михаил Андреевич, давайте не будем водить друг друга за нос. Я прекрасно знаю, что нет у вас на меня ничего, кроме сомнительных обвинений.

– А вы откуда в курсе? – удивился он.

– Мой муж живет со мной не один день, и знает, что я не имею отношения к этим покушениям. Просто у меня есть определенное имя в криминальном мире. Но ведь это не повод для ареста, правда?

– Возможно. И что?

– Мотив. Нет его у меня, и быть не может. Все хорошо знают, что значит для меня Егор, он – моя жизнь в буквальном смысле.

– Почему вы считаете, что этот факт так широко известен? – поинтересовался Перевозников, предлагая ей еще сигарету.

– Вы приезжий, ведь так? – спросила Коваль. И, когда он утвердительно кивнул, продолжила: – Поэтому я расскажу вам, как мы с Егором достались друг другу, а вы потом решите сами, был ли у меня мотив.

– Хотите кофе? – предложил вдруг следователь.

– О господи! Это то, о чем я мечтаю все два дня!

Он вышел, оставив ее одну, и через десять минут вернулся с чашкой свежесваренного кофе. Бывают люди и среди следователей…

Пока Марина пила, он рассматривал ее тихонько, а потом внезапно сказал:

– Вы очень красивая женщина.

– Хватает, – вздохнула она. – А уж если учесть, что в придачу к красоте мне досталась власть и куча денег, то представьте, как я живу!

– Вы начали рассказывать…

– Да, простите, отвлеклась. Я не буду вдаваться в подробности, скажу только, что Егор трижды возвращал меня к жизни. Поверьте, это не шаблонная фраза. В меня шмальнули из автомата прямо в день нашей свадьбы, я провела четыре месяца в больнице, меня оперировали, не давая гарантий, что выживу.