Адвокат киллера

Нет, ударить! Плюнуть в него за то, сколько преступников разгуливает на свободе с его легкой руки. В одно мгновение демоническая акула отряхивает пиджак, словно я его выпачкала, и идет к выходу.

К моему ошеломлению… он оборачивается перед тем, как покинуть суд.

Я сглатываю. Адвокат смотрит на меня. А я – на него.

Какого черта?

Глава 2"

"Тишина. Прохладный запах ноября. Кусая щеку изнутри, я захожу в лифт на парковке. Поднимаюсь на последний этаж. Бывший уже должен был приехать.

Неосознанно считаю этажи.

Последний этаж. Пустота. Несколько автомобилей ютятся по углам. Этаж почти не освещен. Хочется крикнуть «Ау!», чтобы не чувствовать себя героиней фильма ужасов, но сомневаюсь, что кто-то мне ответит. И почему нужно встречаться именно здесь?

Хорошо еще, что парковка крытая. На улице пять градусов, а я в платье и легком пальто! После практики должна была ехать домой, а не сновать по безлюдным закоулкам.

Каждый шаг кажется вечностью. Огибаю колонну и вижу Макса.

Он опирается на блестящий алый кроссовер, который отец подарил ему на день рождения. Весь такой расслабленный, уверенный в себе. В одной руке букет алых роз, штук тридцать, не меньше; в другой – телефон.

Я хмурюсь. Неужели он даже сейчас переписывается с девушками? И почему я раньше не замечала?

Макс отрывает взгляд от экрана и расплывается в белоснежной улыбке Бреда Питта. Он всегда так делает. Улыбнется – и девчонки лежат в обмороке. Когда-то я тоже таяла от этой гримасы. Как и от взгляда на его широкие плечи, от запаха его парфюма. Миндаль и апельсин… А волосы пахли дымом…

Мотаю головой, чтобы прогнать образ его бицепсов.

Сердце ускоряет ритм. Предатель, предатель, предатель… Повторяю как мантру.

– О чем ты хотел поговорить? – спрашиваю сухо, но голос дрожит.

Останавливаюсь в двух метрах от Макса, скрещиваю руки на груди, стараюсь сохранить расстояние между нами, но бывший делает шаг навстречу.

– Привет. – Он протягивает цветы. – Хочу извиниться.

Молчу. А что говорить? О чем я вообще думала, когда шла сюда? Розы беру, но режусь об оберточную бумагу.