Адвокат киллера

Извини, я просто не знала, что еще ему сказать. А так… сразу избавилась.

Лео усмехается.

– Можешь переночевать у меня. Чтобы наверняка, – ехидно подмигивает он. – Только не здесь, дом не протоплен. Лучше в квартире.

– Эм, – я чувствую, что краснею. Переночевать у мужчины, с которым познакомилась вчера? Снова?! Нет. Пожалуй, я перегнула. И вообще… почему я едва не сижу на его коленях? – Спасибо, не стоит. Мне лучше вернуться.

– Все-таки боишься меня?

Я приоткрываю рот, ощущая горячее дыхание у губ. Мы так близко, что становится страшно.

Лео обрывает мое смятение: он улыбается, поднимается и протягивает руку.

– Я шучу. Пошли. Только жука в дом вернем, чтобы Глеба инфаркт не хватил.

– И его одежду, – замечаю я.

– Это по желанию. Вдруг ты влюбилась в него и хочешь забрать шмотки, чтобы нюхать по вечерам.

– Фу.

Он смеется.

– Я не осуждаю людей за необычные пристрастия, Хромик. И тебе советую.

– Совет отклонятся, – хихикаю.

По возвращении в дом иду в ванную. Снимаю вещи и беру платье с батареи. Вспоминаю, как тяжело его застегивать, хотя и честно пытаюсь, но в итоге, смущенная, иду в гостиную.

– Застегнешь?

Лео подходит, поворачивает меня и тянет за слайдер. Чувствую, как его большой палец касается поясницы и ползет вверх по позвоночнику.

– Могла бы и лифчик высушить, – шепчет Шакал. – Мокро…

Я делаю шаг вперед, и он застегивает платье до конца.

Грозовые тучи опустили флаги и мирно спрятались за горами. Ветер утих. Зевая, я смотрю им вслед. Вскоре деревья сменяют каменные джунгли. Ночной город мелькает перед глазами. Лео едет быстро, и огни фонарей сливаются в сплошную желтую полосу.

Наконец «Лексус» останавливается у ворот общежития. Во дворе никого.

Время – полночь.

Я задумалась, сижу не двигаюсь. Жду. Только чего?

Адвокат выходит сам, открывает дверь и подает руку. Нехотя покидаю салон. Мысли вертятся, как в центрифуге, и все это время я не отвожу взгляда от зеленых радужек.

– Спасибо, что подвез, – шепчу и снова жду.

Под сердцем ворошится тоска. И нечто мало мне знакомое. То, чего я не хочу и чему боюсь дать название, но отрицать это нечто невозможно. Оно стоит на месте. Пугает непредсказуемостью.