Адская семейка

И там, на полу, смутно виднелась какая-то куча одеял, под которой что-то шевелилось… Она, это она!

Лев шагнул к девочке и в этот миг различил за дверью, ведущую в коридор, какой-то звук. Подчиняясь внезапному импульсу, он толкнул Крячко в сторону, сам прижался к стене. За дверью грянул выстрел, и сразу – еще один. Пуля, пробив дверь, пролетела в нескольких сантиметрах от его головы и впилась в оконную раму. Вторая пуля прожужжала еще ближе и нашла себе живую мишень – попала в плечо лейтенанта Коняева, который как раз в это время влезал в комнату.

Ночная тишина исчезла – теперь со всех сторон слышались топот ног, крики, грохот разбиваемой входной двери. Но Гурова это пока не интересовало. У него была своя цель: он обещал Борису Шейнису сохранить жизнь его дочери и собирался это обещание выполнить. Лев включил фонарь, посветил в угол, на кучу одеял, подошел ближе и наклонился.

– Алла, ты меня слышишь?

Девочка не отвечала. Лев положил ладонь на ее лоб. Алла вся была холодная, словно на льду лежала. Тогда он осторожно завернул ее в одеяло, поднял и шагнул к окну, а там один из бойцов спецназа уже собирался залезть внутрь.

– Стой, возьми у меня ребенка! – приказал ему Гуров.

– Да, я видел две машины, – ответил боец.

– Неси к врачам. Кажется, ее чем-то напоили, может, наркотики кололи. Ее надо срочно вывести из забытья! Все понял?

– Понял, бегу! – ответил боец.

Пока Гуров занимался спасением Аллы Шейнис, Крячко и Костиков выскочили в коридор. Тут же из-за угла грянули два выстрела. К счастью, обе пули угодили в бронежилеты, надетые на оперативников. Ощущение было довольно болезненное, но не смертельное.

– Вперед! – крикнул Крячко и первым кинулся туда, откуда велась стрельба. Там, за поворотом коридора, уже никого не было, а впереди чернела открытая входная дверь. Тут же грянули выстрелы во дворе. Затем взревел автомобильный мотор.