Жилец. Смерть играет

 — Именно так все и должно было случиться! Я уверен — именно так все и случилось!

— Безусловно, но как мы это докажем?

— Есть только один способ это сделать, — ответил Франт, — найти Джеймса.

Маллет раздраженно хлопнул по письменному столу.

— Джеймс, Джеймс, Джеймс! — воскликнул он. Джеймс — главная загадка во всем этом деле, но у нас ни крупицы сведений о нем, кроме того, что его зовут совсем не так, что у него нет бороды и что он, скорее всего, худой как щепка!

— К этому можно добавить, что он, вероятно, до сих пор находится во Франции, — сказал Франт.

— Верно. У нас пока нет никаких подтверждений того, что он вернулся, хотя мы знаем, что его сообщник это сделал, если исходить из того, что наша версия верна. Да, вот так-то, Франт. Нам остается лишь убивать время, обсуждая это дальше, до тех пор, пока мы не получим какие-то свежие факты, которые уложатся в эту версию, но могут и не уложиться. А теперь по поводу того вопроса, который мы обсуждали сегодня, — думаю, я обращусь в суссекскую полицию и выясню, не могут ли они нам чем-то помочь.

В этот момент в кабинете зазвонил телефон. Инспектор подошел.

— Пришлите его, — сказал он в трубку. Затем сообщил Франту: — Это главный констебль Дувра. Любопытно, чем-то он нас порадует?

Глава дуврской полиции был старым другом Маллета, до этого уже не раз с ним сотрудничавший. Инспектор знал его как способного, деловитого офицера, который вряд ли станет тратить свое время на всякие пустяки. И действительно, тот энергично вошел в комнату, пожал руку Маллету, кивнул сержанту и сразу же перешел к делу.

— Приехал, чтобы увидеться сегодня днем с комиссаром, — коротко объяснил он, — и подумал, что мог бы заодно захватить с собой вот это. Все-таки так ненадежнее, чем почтой. — Он вложил в руки Маллета запечатанный пакет.

Тот вскрыл его и вытащил размякшую, выцветшую синюю книжечку. Он молча осмотрел ее, изумленно вскинув брови. Потом, издав протяжный свист, спросил:

— Господи, где ты это взял?

— Один рыбак принес сегодня утром.

Нашел прошлой ночью чуть ниже уровня полной воды, примерно на сотню ярдов восточнее гавани. Ты знаешь, приливом все сносит в ту сторону. Вот его показания, за достоверность, правда, не ручаюсь, — главный констебль достал из кармана сложенный листок протокола, но тут не больше того, что я уже рассказал. Она могла пробыть в воде несколько дней или неделю — невозможно сказать. Всю эту неделю был прилив и сильный юго-восточный ветер, который ему помогал.