Волчья воля, или Выбор наследника короны

Он не торопился уходить, прохаживался перед крыльцом с видом хозяина, дожидающегося, когда его впустят в дом. Множество пар глаз настороженно следили за ним.

Люди испуганно вздрогнули, а некоторые даже вскрикнули от неожиданности, когда послышался грохот – это упал прямо на крыльцо сдавшийся на волю победительницы замок.

Смахнув испарину, выступившую на лбу от усердия (чертово тело было слишком слабым!), Марина прислонила лом к стене и толкнула дверь. Та душераздирающе заскрипела, но полностью не открылась – петли напрочь заржавели.

Толкнув еще пару раз, Марина вздохнула и повернулась к людям.

– Кто-нибудь может помочь? – спросила она спокойно, не обращая внимания на напряженную тишину и странное настроение, царившее среди толпы.

После ее слов мужчины встрепенулись, словно сбрасывая странный морок. И пусть никто им за это не заплатит, несколько человек все-таки кинулись помогать. Вид занимающейся тяжелой работой госпожи вызывал в них стеснение и неловкость. Женщина, да еще и такая знатная, не должна заниматься чем-то подобным!"

"Дверь практически снесли.

Одна из петель сломалась полностью, отчего дверь повисла боком, но ругать ретивых работников Марина не стала – все равно пришлось бы менять.

Внутрь дома она вошла первой. И сразу попала в громадную прихожую. По центру располагалась двойная лестница. Под ней и по бокам виднелись многочисленные двери, явно ведущие в подсобные помещения и спальни слуг.

Насколько Марина знала, в этом мире особняки строили по типовому образцу.

По крайней мере, расположение комнат было примерно одинаковым.

Пол был покрыт толстым слоем пыли. Громадная свечная люстра, висящая по центру потолка, была укутана плотным коконом паутины. Марина даже думать боялась, сколько внутри живет пауков и какого они размера. Паутина, к слову, была не только на люстре – весь потолок и даже лестница были ею затканы.

На полу лежало подобие ковра, но из-за пыли не было возможности понять, какого он цвета и с каким узором.

Так как окна были выбиты, кое-где валялись осколки стекла.

Шторы висели ободранными и потрепанными. Они давно выцвели, став неприглядными и серыми. На стенах в некоторых местах виднелись более светлые квадраты – там, судя по всему, когда-то висели либо гобелены, либо картины. Но ни того ни другого не осталось. И что-то подсказывало Марине, что они не досчитаются многих предметов в доме. Теперь понятно, кому и зачем понадобилось бить стекла. Дом был основательно разграблен.