Великая княжна Настасья (СИ)

Его карие глаза окинули разгром в юрте, задержались на мгновение на израненной княгине, он улыбнулся одними губами, глаза же остались холодными, и, не таясь, вышел на свет, не опасаясь гнева хана.

- Полно, великий хан, проиграна битва, но не война, - голос человека был тихим и вкрадчивым."

"- Лазарь, - вскинулся Илдей к вошедшему и подойдя вплотную вперил в него злой взгляд, - ты обещал мне, что падёт Вежа к началу зимы. И что теперь? Какую весть я пошлю своему кагану?

- Не гневайся, мой повелитель, скоро привезут греческий огонь, не потушить его водой, нет с ним управы.

Не выстоять Веже, - тихий голос византийца не обманул Илдея, знал он о жестокости своего советника, с которым повстречался в Тумен-Тархане и позвал с собой, убедившись в его знаниях о ведении войны с русичами. Не подвел его Лазарь, убит Братислав, поредела дружина вежинская. Да только и сегодняшняя битва уменьшила войско самого хана.

- Хорошо говоришь, византиец, смотри, не возьмём Вежу к лету, самолично спущу с тебя шкуру! - отвернулся от Лазаря Илдей, показывая, что окончен разговор.

Поклонился советник, зло блеснув глазами, и покинул юрту. По указу императора проник он в ставку хана, зачем идти войной на Русь, теряя жизни благородных византийцев, когда можно сделать всё руками грязных степных псов?

***

Настасья

После битвы время пролетело незаметно, вот и настал канун торжества в мою честь. Неспокойно было на душе, рядом будет Могута, но всё равно, боязно.

Наступил Карачун, жгли в городе костры, отгоняя лютый холод, закликая Коляду, молодого божича, что принесёт с собой новое солнце, повернёт зиму к лету.

Смотрела я из окна, так хотелось и мне принять участие в старинных обычаях незнакомой доселе Древней Руси, но как-то отнесутся к моему своеволию? Не станут ли шептаться за спиной? Вздохнув, отошла от окна, и занялась письменами, что день за днём показывал мне Могута. Дело шло споро, всё-таки буквы, пусть и выглядевшие иначе, но свои, родные.

Быстро обучилась чтению, осталось осилить письменность.

На рассвете меня разбудил звонкий голос Алёнки:

- Доброе утречко, княжна, солнышко уже взошло, пора и нам собираться да ни пир наряжаться, - она словно солнечный зайчик мельтешила по светлице, - уже идут девки сенные с платьями да уборами.

Делать нечего, встав и наскоро умывшись, стала одеваться с помощью молодых служанок в сложный многослойный наряд.