Три метра над небом. Трижды ты

Она закрывает глаза, все еще наслаждаясь мороженым.

– Это не мороженое, а мечта, сон, как ты… – Потом она снова их открывает. – Но я так никогда и не проснусь? Как ты думаешь?

– У тебя сегодня какие дела?

– Ты уже устал от меня? Ты устал приходить сюда каждый день?

– Я надеялся успокоиться, больше не хотеть тебя. Надеялся, что это постоянство меня как-то успокоит, удовлетворит меня, но этого не произошло. Каждый раз, когда я тебя касаюсь, это что-то волшебное. Ты такая вкусная, что этот вкус никогда не приедается.

Тогда Баби встает и подходит ко мне близко, берет из моих рук мороженое и ставит его на стол. Садится на меня верхом и целует, не отрываясь. Наши языки холодны от мороженого, а на наших губах, нежных, идеальных, еще остался вкус всех малейших оттенков счастья. Меня изумляет, что никогда, ни разу ни один наш поцелуй не был «фальшивым». Потом она перестает целоваться, но держит свои губы около моих, закрыв глаза, вдыхая мой запах. А потом она их открывает.

– Скажи мне правду. Как ты думаешь, с рождением вашей дочки что-нибудь изменится?

– Нет.

И я снова ее целую, испуганный собственной откровенностью.

122"

"Совещание по поводу сериала с двумя кураторами «Рэтэ» – Акилле Пани и Мариленой Гатти – длится все утро. Но в конце концов результат оказывается именно таким, как мы ожидали.

– Поздравляю, отличные сценарии, это будет большой успех.

Акилле Пани кажется по-настоящему довольным. Ему лет шестьдесят, он лысый, у него круглые очки для зрения и седые усы, он толстенький.

Как мне говорил Ренци, он занимается этим делом уже целую вечность, и всякий раз, когда предстоят выборы, всегда ходят слухи, что директором станет, скорее всего, он. Однако вместо этого он получает разве что небольшую прибавку к жалованью. Марилена Гатти моложе, ей примерно сорок пять лет; она не стремится к руководящей должности и полна энтузиазма.

– Ну наконец-то! Это именно то, чего хотят телезрители. Я так рада, что прошли именно вы. Мне бы не стоило этого говорить, но я читала сценарии Оттави, и, честно говоря, они слишком заезженные.

У нас уже такие зрители, что у них атрофировались пальцы, они не переключают каналы и даже не понимают, что смотрят. Мы должны их разбудить.

Акилле Пани ее укоряет:

– Марилена, но мы же не читали ни сценарии, ни сюжеты другого сериала.

– И правда, я перепутала.

Мы с Ренци смеемся.

– В этой работе путаться нельзя!

– Это, как всегда, полуправда.

– Точно.

Тогда мы встаем и провожаем их до двери.