Три метра над небом. Трижды ты

– Что-то случилось? Я сказала что-то не то?

– Мы говорили с Калеми сегодня утром и все уже выяснили. Мы больше не будем делать эту программу на «Мединьюс», но скоро там появится другая.

– Но я хотела вести эту! Я каждый день выступаю комментатором утренних передач и на этой идее хотела рвануть!

– А какую роль вы себе представляли?

– Как это какую роль? Калеми мне ее поручил, ее вела я… Я была ведущей! В крайнем случае, вместе с соведущим, который бы меня поддерживал, но только на первых порах, вот…"

"Мы с Джорджо снова переглядываемся, но на этот раз без улыбки.

– Послушайте, я уверен, что мы найдем какое-нибудь другое решение, работать с вами будет приятно. – Он показывает ей жестом, что пора вставать. – В любом случае я хотел бы познакомить вас с автором этой программы. Может быть, вы поговорите, узнаете друг друга лучше, и в результате появятся новые, более подходящие вам проекты.

Паола Бельфьоре немного раздумывает, а потом с улыбкой смотрит на Ренци и понимает, что в любом случае все уже решено.

– Ну конечно, и правда… отличная идея.

Она встает с кресла и подает мне руку.

– Стефано, мне было по-настоящему приятно.

– И мне тоже.

– Так что мы будем встречаться часто, правда?

– Думаю, что да.

Джорджо выводит ее из кабинета и провожает к Симоне.

– Можно? – Он стучит в полуоткрытую дверь.

Симоне снимает наушники.

– Конечно!

На самом деле он, кажется, раздосадован этим вторжением, потому что был поглощен тем, чем занимался.

Ренци входит в кабинет.

– Ну вот, это Паола Бельфьоре. Она пришла к нам, потому что мы попросили Калеми порекомендовать нам новых ведущих, которые взорвут рынок…

Увидев ее, Симоне сияет.

– Привет. Очень рад.

И сразу же протягивает ей руку.

Паола улыбается и, заметив, что он не отрывает глаз от ее сисек, понимает, что он уже у нее в руках – или в каких-нибудь других частях ее тела, там, где ей заблагорассудится.

– Я принесла резюме. Достать его?

Эта фраза, непонятно почему, приводит Симоне в такое возбуждение, что он даже закрывает глаза.

– Пожалуйста, садись. Мы будем на «ты», ладно?

– Конечно… А сколько тебе лет?

– Двадцать три.

Паола немного колеблется.

– Хорошо. Хотя с виду и не скажешь, но мы почти ровесники.