Сын олигарха

Очень.

Вздохнув, убежденно замечаю:

- С милыми рай и в шалаше...

Или на полу…

Это здесь при чём?

- Блестяще, - довольно хмыкает отец, с улыбкой принимая крыло.

- Это мы что ли твои “милые”?, - хихикает мама.

- Угу, - зарабатываю я дополнительные очки, жуя индейку.

Разговаривать с набитым ртом в нашей семье не принято.

Тяжко вздыхаю, потому что мой телефон опять вибрирует.

Смотрю на него, внутренне матерясь. Родители пустились в воспоминания, а я обречённо переворачиваю телефон и снимаю блокировку, изобразив на дисплее секретный зигзаг.

Закусив губу, как вор проваливаюсь в сообщение… потому что там внутри фото, и я хочу посмотреть...

Мамина индейка в буквальном смысле выпадает из моего рта, а маленький её кусочек попадает ""не в то горло"", от чего я начинаю кашлять, задыхаясь.

Папа спохватывается, осторожно постукивая по моей спине, а мама несётся к холодильнику, чтобы налить мне воды.

Совсем он охренел что ли?!

Глотаю жадно, благодарная за такую мгновенную реакцию.

Две пары глаз с тревогой за мной наблюдают, поэтому, медленно встав из-за стола, лепечу:

- Я в туалет.

Сорвавшись с места, забегаю в ванную и закрываю дверь на шпингалет, с остервенением впиваясь глазами в экран.

Во всю диагональ моего китайского андроида на меня смотрит голый татуированный торс с низко висящим на бёдрах белым полотенцем!

Очень низко висящим.

Жадно рассматриваю картинку, прекрасно представляя, что там под этим полотенцем, и узнавая каждую деталь подкаченного татуированного тела…"

"Там ничего необычного, всё, как у всех! Только явно выше среднего.

У меня рот наполняется слюной и в животе тянет...

“Свеженькая”, - пишет Макс, очевидно имея в виду заклеенную прозрачной лентой абракадабру под своим пупком, потому что раньше её там не было.

“Это номер твоего телефона на арабском?”, - чертыхаясь и дыша огнём, зло печатаю я.

В ответ он присылает лениво-довольный смайлик.

Вот ведь… гад!

“С Рождеством, веснушка"", - дублирует своё первое за сегодня сообщение, наконец-то, добившись моего ответа.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Понимая всю глубину своего провала, печатаю с тупым волнением:

“Здравствуй.”.

“Это арабская мудрость”, - поправляет он. - “Как дела?”.

«Пока не родила», - быстро набираю в ответ, зажмуриваясь и кусая губу.