Яков. Воспоминания (СИ)

— Мистер Штольман, — приветствовал он меня не вставая, — что случилось на этот раз?

Был он какой-то странный сегодня, но я никак не мог понять, в чем именно.

— Госпожа Нежинская у Вас? — спросил я у него. — Мне нужно с ней поговорить.

— Она уехать недавно, — все тем же странным тоном ответил Браун.

Я внимательно пригляделся и понял, что он просто пьян. Да вот и бутылка полупустая рядом, и стакан. Это он что же, среди бела дня коньяк стаканами глушит? Не ожидал я от него такого."

"— А ночью она была здесь, в Вашем доме? — поинтересовался я.

— Это Вас не касаться, господин Штольман, — ожидаемо разозлился он.

— Князь Разумовский убит, — пояснил я причину моего бестактного любопытства. — Так что Вы сосредоточьтесь, приведите себя в порядок, и мне нужно задать Вам несколько вопросов.

— Сосредоточиться, — пробормотал Браун, — сосредоточиться…

И весьма сосредоточенно залпом выпил полстакана коньяку. Да что это с ним, право? Такими темпами он очень скоро не только разговаривать не сможет, а и вовсе напьется до положения риз.

Браун отставил пустой стакан и с трудом сфокусировал на мне взгляд:

— I’m ready.

— Когда госпожа Нежинская приехала к Вам? — начал я свои расспросы.

— Yesterday — ответил он, — at six o’clock.

— А уехала?

— Один час назад, — ответил Браун по-русски и неожиданно мрачно.

Что-то он не похож на счастливого жениха, проведшего ночь с возлюбленной. И пьет так, будто с горя… Что-то произошло, однозначно. Знать бы еще, что именно. Кажется мне, мистер Гордон Браун вряд ли станет со мной откровенничать.

— Ночью она никуда не отлучалась? — продолжил я допрос.

— Нет, — резко ответил Браун. — Мы с ней спать в одьин постел. Ви доволны, господин Штольман?

Да мне, в принципе, все равно. По крайней мере, в том смысле, который он вкладывает. Но то, что Нежинская ночевала в усадьбе, снимает с нее подозрения полностью. Или, если точнее, лично с нее. То есть, камнем она не била, а вот нанять кого-то могла запросто.

— Более чем, — ответил я ему, поднимаясь. — Значит, князя она не убивала.

— Нет, она убивать меня, — с горечью сказал вдруг Гордон Браун. — Она убить меня!

Я остановился и посмотрел на него с изумлением. Кажется, он зарыдать был готов. Да что же здесь произошло, в самом-то деле?

— Не понимаю, — ответил я, пытаясь вызвать его на дальнейшую откровенность. — Что Вы имеете в виду?

— She broke my heart, — разрыдался Браун.