Яков. Воспоминания (СИ)

— Господин полицейский, — спросила меня Вика, — а Вы не видите махаона? Он опять ускользнул от нас.

В ее беспечном тоне сильно чувствовалась нарочитость. Да и брат ее выглядел напряженным. Видимо, мой визит весьма их встревожил.

— Махаон, рода хвостоносцев, семейства парусников, — пояснил Костя. — Я бабочек коллекционирую.

— Увлекательное, наверное, занятие, — одобрил я вежливо.

Сам я никогда не собирал коллекций и, признаться, не видел в этом проку. Хоть и знал, по долгу службы, что для истинных коллекционеров их увлечение скорее является пламенной всепоглощающей страстью.

— Интересно, — резко поменял я тему разговора, — а почему же Вы решили, что именно мачеха отравила Вашего отца?

— А с чего Вы взяли, что мы так решили? — спросил он встревожено.

— Вы можете не отпираться, я точно это знаю, — ответил я ему. — То есть, у Вас были какие-то основания подозревать ее в этом?

— Ей это было выгодно, — ответил юноша, — отец сразу после свадьбы заболел и через год умер, а она стала распоряжаться его состоянием.

— До Вашего совершеннолетия, — уточнил я. — То есть теоретически у Вас был мотив желать ее смерти.

— Ваше предположение звучит нелепо! — возмутился он.

— Значит, по-вашему, мачеха уехала в двенадцать часов верхом, — продолжил я давить на него, — а вы целый день были дома?

— Именно так, — ответил он.

— А где был Ваш друг, Кунгуров? — задал я следующий вопрос.

— Он уехал в Петербург на неделю, — ответил Костя. — А что?

— Ну, говорят, он часто бывал у Вас дома, — пояснил я свой интерес.

— Да, мы часто проводили время вместе, — ответил он раздраженно.

— Когда он уехал?

— Четыре дня назад, еще до всего этого, если Вам это интересно.

— Интересно, благодарю, — ответил я. — Я поговорю с Вашей сестрой.

— Я позову, — рванулся он, видимо, не желая, чтобы я разговаривал с Викой наедине.

— Не нужно, — остановил я его строго.

Костя послушался, хоть и весьма неохотно. Хотя я и не понимал пока, каким образом, но после этого разговора с ним я окончательно уверился в том, что он причастен к смерти мачехи.

— А Вы коллекционируете бабочек? — все с той же наигранной беспечностью спросила меня Вика, когда я подошел к ней. — Мне кажется, сыщик должен иметь какое-то хобби, вроде этого.

— Чем же Вам мачеха помешала? — спросил я ее напрямик.

— Что? — замерла она.

— Кто первый ударил ее по голове, — усилил я давление, — Вы или Ваш брат?

— Вы с ума сошли? — спросила Вика испуганно.