Яков. Воспоминания (СИ)

Но вновь и вновь я возвращался мыслями к этому разговору и, в конце концов измученный бесконечными предположениями, дал себе слово при первом удобном случае просто спросить.

— Да? — рассмеялась Анна Викторовна. — А Вы слушали? Мне казалось, Вы с дядей болтали.

— Это дядя Ваш болтал, — ответил я ей, — не терпелось ему высказаться о коварстве женщин вообще и госпожи Колчиной в частности.

— Да, ужасная история, — поморщилась Анна Викторовна. — До сих пор не могу опомниться.

— Да уж, приятного мало, — согласился я с ней.

— А ведь все это Ваши мужские игры со смертью! — сказала Анна с упреком. — Ведь по сути, она права, дуэль — это тоже убийство.

— Не могу с Вами согласиться, — усмехнулся я. — Дуэль и убийство — это совершенно разные вещи.

— Да ни в чем-то Вы не можете со мной согласиться! — вздохнула Анна Викторовна. — Даже, казалось бы, в самых очевидных вещах. И вот что интересно, это только со мной у Вас так, или вообще с женщинами?

Я посмотрел на нее с любопытством. Подобные вопросы Анна любила задавать мне в самом начале нашего знакомства.

На этот раз мне не понадобилась напоминать ей о границах, как когда-то. Она сама поняла, что увлеклась, и, смутившись, потупилась.

— Я даже никогда об этом не задумывался, — сказал я ей с улыбкой, предлагая сделать вид, что ничего не случилось.

Видимо, я отвык он Анны Викторовны и подзабыл, что «сделать вид» или «притвориться» к ней отношения не имеет. Она уже успела рассердиться на себя за свое смущение, а заодно и на меня, что я стал его причиною.

— Да и не стоит, очень сложно! — кинулась она в бой. — У Вас ведь как все? Очень просто! Вот встали друг напротив друга, бах — и все. Все решено!

— Вот как Вы обо мне думаете, — усмехнулся я ей с укоризной, стараясь не задумываться о маленьком пальчике, только что ткнувшем меня прямо напротив сердца.

Анна только вздохнула в ответ. Я вздохнул тоже. Никогда не стоит пытаться объяснять женщине дуэльный кодекс. Ни одна из них не может понять, что это такое.

— Тогда на кладбище, — сказал я ей, понимая, что еще несколько минут, и время нашего общения окончится, — Вы хотели мне что-то сказать.

— Это было под влиянием минуты, — ответила Анна Викторовна, отводя глаза. — Пойдемте, кофе стынет.

Я пошел следом за ней в столовую. Там, на кладбище, у меня был шанс сказать и услышать. Но я упустил его. Что ж, я запомню этот жизненный урок.