Яков. Воспоминания (СИ)

Но вспыхнувшее ее лицо выдавало, что она взволнована вряд ли меньше, чем я.

— Анна Викторовна, так Вы прощаете меня? — спросил я осторожно.

— Я Вас простила хотя бы тем, что я осталась, — неожиданно горько сказала она мне.

— Остались? — не понял я.

— Осталась в Затонске! — теперь в ее голосе уже явственно слышались слезы. — Хотя бы это Вы, Яков Платоныч, могли понять, что это и есть мое прощение! Но Вы же себя так ведете, словно это я Вас оскорбила!

— Нет-нет! — попытался успокоить я ее. — Я… Я просто не понял, я в растерянности…

— Что? Вы в растерянности? — вот теперь она уже откровенно на меня злилась.

Только я никак не мог понять, за что.

— Да это что, водевиль какой-то? — выпалила Анна Викторовна рассерженно. — Вы же меня сами просили остаться, да еще и выбрали такой экстравагантный способ для этого!

— Да какой способ?! — резко спросил я, возмущенный тем, что никак не мог понять, что она имеет в виду.

— Все! — взмахнула рукой Анна. — Просто забудьте!

И повернувшись, она пошла, почти побежала от меня прочь.

"

"Что-то в этом всем было непонятное. Создавалось такое впечатление, что я что-то пропустил. Со слов Анны Викторовны получалось, что ту отвратительную сцену, разыгравшуюся между нами, она мне простила. Но снова сердится на меня, только уже за что-то другое. Вот только я не припомню ничего другого. Потому что с того момента, как мы расстались тогда у дома модистки, мы более не встречались. Предположить, что у меня провалы в памяти, я тоже не мог.

История убийства Ферзя оставила мне урок на всю жизнь, и я строго ограничивал себя в приеме алкоголя. Даже в тот вечер, после нашей ссоры, я смог остановиться вовремя и помнил каждую минуту. Но тогда что же она имеет в виду? Все это было непонятно и весьма раздражало. Абсолютно ясно было одно: мы по-прежнему в ссоре, и конца ей не предвидится. Но тем не менее, нас опять свело вместе дело, и я смогу хоть изредка видеться с Анной. А там, чем черт не шутит, вдруг в процессе работы я найду возможность заслужить ее прощение? Однажды это уже сработало, и, быть может, мне представиться еще один шанс.

Ну, а пока следует заняться делом и выяснить, кто же все-таки разбил лицо приказчику Вешкину накануне его смерти. И начать стоит, пожалуй, с трактира, центра всех драк и свар города Затонска. Да и любого другого, если уж на то пошло.

— Да не было драки-то! — сказал мне трактирщик на мой вопрос о том, с кем подрался Вешкин накануне.