Яков. Воспоминания (СИ)

И тогда можно предположить, что Петр Иванович боится, что, узнав сей факт, я заподозрю его в причастности к убийству. Он уже однажды был под следствием. И, разумеется, не хочет повторения. Да, такая версия вполне вероятна. Но алиби его все-таки стоит проверить.

После ухода Миронова я вернулся к картотеке. И все-таки нашел описанную татуировку. Теперь осталось найти в Затонске того, на чьей руке она красовалась.

Но этого я сделать не успел. Вошел дежурный с сообщением о происшествии. На улице экипаж насмерть задавил человека.

Что ж, дела не всегда приходят по очереди. Нужно разбираться и с этим. Коробейников был уже на месте. С таким делом он мог управиться и сам, но почему-то послал за мной. Возможно, что-то более сложное? Одевшись, я проследовал по указанному дежурным адресу, прихватив с собой из картотеки карточку на татуированного бандита.

Труп лежал посреди улицы, разбросав руки. Вокруг, как водится, толпился народ. Я протолкался к Коробейникову, осматривающему тело.

— Мгновенная смерть.

Кажется, он сломал шею, — доложил мой помощник. — Извозчик божится, что он сам бросился под лошадь.

— Кто таков? — спросил я, вглядываясь в залитое кровью обезображенное лицо мертвеца.

— Установить пока не удалось, — ответил Антон Андреич. И тут же объяснил, почему вызвал меня: — Обратите внимание! Вот!

И он показал мне левую кисть покойника. На кисти была знакомая наколка. Именно такая, как описывал Колька. Я достал из кармана картотечную карточку. Нет, я не ошибся, наколка та самая.

— Филимонов Кузьма, кличка Филя, — сообщил я Коробейникову, подавая карточку ему. — Нашел его по наколке в нашей картотеке.

— Извозчик где? — спросил я городовых.

Подвели извозчика. Тот был перепуган и принялся оправдываться раньше, чем я успел задать вопрос:

— Я не лихачил, ей Богу! Ехал себе обыкновенно, и вдруг — он, прямо под колеса!

— Как так?

— А вот так, Ваше Благородие! Шел он по тротуару, обыкновенно. И вдруг — шарах в сторону! Прямо на мостовую! И под колеса пролетки.

Как будто пихнул его кто! — извозчик перекрестился испуганно.

— Может, и правда? — спросил Коробейников, отведя меня в сторону.

— Несчастный случай, — твердо заключил я, еще раз оглядывая мертвого Филимонова.

В этот момент, толпа подалась, будто кто-то отпихнул людей второпях, и на пустой пятачок у тела выбежала Анна Миронова.

— Анна Викторовна! — я бросился к ней, закрывая от нее окровавленное тело, развернул за плечи и отвел в сторону.