Свет и печаль

Сьюзен поднялась из-за стола, извинившись, что из-за неожиданного отъезда экономки ей придется заняться приготовлением ужина,

— Если ужин будет таким, как все, что сделано здесь вашими руками, я с нетерпением жду момента, когда можно будет сесть за стол. А пока пройдусь по поселку.

В семь часов, убедившись, что на кухне все идет своим чередом, Сьюзен поднялась на второй этаж переодеться к ужину. По пути она остановилась около комнаты Ларри, размышляя, надо ли к нему зайти. Но в этот момент дверь открылась и на пороге появился он сам.

— Ты не должен вставать с постели, — бросилась в атаку Сьюзен, хотя у нее затряслись поджилки.

— Как ты намерена меня в ней удержать? Ляжешь рядом?

От возмущения всегда бледная Сьюзен стала вообще белее снега. К горлу подкатил комок. Но она сдержалась.

— Ужин будет готов в восемь часов. Я сейчас переоденусь и спущусь.

— Сью! — Она обернулась и посмотрела на Ларри. На мгновение его лицо сделалось почти добрым. Глаза же выдавали страшную усталость. — Как я благодарен тебе за все, что ты делаешь, — сказал он.

Впервые Ларри заговорил с сестрой нормально, как с человеческим существом. Обычные слова благодарности так подействовали на Сьюзен, что ее глаза мгновенно налились слезами. Стараясь как-то скрыть смущение, она пожала плечами и ответила слабым, срывающимся голосом:

— Да что там, Ларри. Просто запиши это в мой актив. У тебя, думаю, ведется учет доходов и трат?

— Другими словами, мне надлежит изменить свое решение и санкционировать твой брак с Роули?

— Ты не можешь санкционировать или не санкционировать мое замужество, Ларри.

— Я не вправе заявить протест против заключения вашего брака. Но наложить вето на передачу тебе отцовского наследства в соответствии с его волей могу. А вот это уже будет иметь для тебя более грозные последствия, чем официальный протест. Роули тут же откажется от своего слова. Разве не так, Сьюзен?

Он вдруг схватил сестру за плечи и сильно встряхнул. В глазах у нее все закружилось.

— Зачем? Зачем ты мучаешь меня? — воскликнула Сьюзен, стараясь скрыть навернувшиеся на глаза слезы.

— А ты сама, черт побери, не понимаешь зачем? Ты уже взрослая девушка, Сьюзен! И должна думать самостоятельно. Как и принимать решения. Неужели никто из твоих друзей…

Но тут Ларри вдруг замолчал. Сьюзен отнюдь не была уверена в том, что причина нового нервного взрыва брата заключалась в его почти патологическом неприятии Роули, которого он почти не знал.