Стерва

— Ты врёшь!

— Это ты врёшь, Алеся! — рявкнул на неё Бандерлог, с громким стуком положив пистолет на тумбочку рядом с кроватью, срывая с себя рубашку. — Врёшь и веснушки твои даже не краснеют!

— В чём я тебе соврала?

Он не ответил, схватив с подоконника бутылку с янтарной жидкостью и хлебнул из горла, а затем протянул Алесе. Она замотала головой.

— Пей, будешь пить, пока не вспомнишь, в чём соврала.

Алеся прилипла спиной к двери, когда грозный мужчина с голым торсом, что блестел от пота, подошёл к ней, склоняясь над её лицом.

— ТЫ СОВСЕМ ОХЕРЕЛ, ОБЕЗЬЯНА ВОНЮЧАЯ?! — заорала Стерва, толкая его в грудь.

Она попыталась открыть дверь и уйти, но Бандерлог схватил её сзади, оттаскивая в комнату, Алеся вцепилась когтями ему в руки, царапая изо всех сил и пытаясь хорошенько врезать ему каблуками. Животный страх охватил её с ног до головы, она никогда не видела Назара таким, да и подобных грубостей он никогда себе не позволял.

— ОТПУСТИ, СКОТИНА! ОТПУСТИ! — орала она, надеясь, что её кто-то услышит, может, Филин.

"Назар подтащил её к окну, подтолкнул вперёд и деревянный подоконник больно ударил её по бёдрам. Алеся выставила вперёд руки, чтобы не упасть прямо в окно, а мужчина сзади схватил её за шею, сдавив её ладонью, кричать она больше не могла, только хрипела. Он просунул её руку под платье и стянул трусики до колен. В тридцатиградусную жару Алеся умудрилась заледенеть словно на морозе — она застыла, переставая сопротивляться.