Стая

– Приподнялся и включил ночник. Приятный неяркий свет залил комнату."

"В предвкушении удовольствия Верочка закусила губу. Пальчики ее принялись за пуговицы. Проворно освободили его от рубашки. Выгибаясь как кошка, она потерлась о мускулистое мужское тело. И хотя внутри все подрагивало от нетерпения, Верочка не торопилась обнажаться, а лишь улыбалась, ласкаясь, поглаживая грудь Дениса и пробегая по его широким плечам.

— Вера. Плохая девочка, — сказал, с улыбкой наблюдая за ней из-под полуопущенных ресниц.

Девушка снова прильнула к нему, прижимаясь, покрываясь мурашками от ощущения горячих мужских ладоней у себя на ягодицах.

— А как же предварительные ласки? Как же романтика?

— Я тебя пять лет знаю, тебе достаточно вылететь из трусиков, чтобы быть готовой. Утром, Верочка. Утром я тебя обласкаю, как только ты захочешь.

— У тебя на утро уже дел вагон и маленькая тележка запланировано. А утро уже через несколько часов наступит.

— Вот и поторопись, а то не успеем.

Верочка впилась ему в шею губами, лизнула, а потом прикусила.

— Вера, я тебе голову отверну, если ты что-нибудь оставишь. Знаешь, я этого не люблю, — приглушенно говорил, зарываясь пальцами в ее кудрявые волосы.

— Я аккуратно, миленький, — муркнула она, прикусывая еще раз. Потом ручки ее взялись за ремень на брюках. Остальная одежда соскользнула на пол, и Верочка снова уселась, постанывая и сжимая бедра.

— И все-таки я по тебе соскучился, — глубоко вздыхая и запрокидывая голову, пробормотал Шаурин.

— Да, это очевидно. Одна твоя часть по мне точно соскучилась, — ухмыльнулась Вера, остро чувствуя, в какой именно части его красивого сильного тела сконцентрировались вся тоска и скука.

Ее губы жадно приникли к его приоткрытому рту, бесстыдно лаская язык.

— Выпорю… — прошептал Денис.

— Можно, — с полустоном выдала она. — Этого мы еще не пробовали, — вздрагивала в сексуальном томлении, с наслаждением наблюдая, как по скулам его расползается румянец, и он стискивает челюсти, стараясь сдерживать бешеную волну возбуждения. И сама уже двигалась, чувствуя болезненные ноющие ощущения внутри себя.

Все же, Верочка приняла его слова как руководство к действию. Проворно стянула с себя футболку, оставшись в черных трусиках. Но только на несколько секунд. Трусики слетели тоже, и она с довольным стоном села сверху, выгибаясь от невероятного удовольствия, какое испытывала почти всегда в этой позе.

— Господи, благодарю тебя за то, что в моей жизни есть Шаурин, — задыхаясь от восторга, проговорила она.