Стая

— Пошли, — взял Таню под руку, крепко впился в локоть и потащил обратно к машине.

По дороге Таня все никак не могла успокоиться. Плакала, размазывая слезы по щекам. Ясное дело, не предъявлять же ее в таком состоянии отцу и Насте. Повез к себе, чтобы умылась, стерла с лица размазанную тушь, сняла порванные колготки.

— Только отцу не смей ни слова говорить. Понятно? — захлопнув входную дверь, бросил ключи на тумбочку. — Не смей, слышишь! — жестко сказал, не отпуская растерянного взгляда сестры. Не ошибся.

— Ладно… — всхлипнув, согласилась. Но как-то не очень охотно, нерешительно.

— Вдруг он ничего не знает. Подумай сама, зачем ему такие сюрпризы, — еле выговорил эти слова. Как же тяжело они дались. Прямо не шли с языка. Даже думать не хотел, что этот бред может быть правдой. И не верил в эту чушь. Мать наверняка нетрезвая, ляпнула просто так.

— Да, точно. Я и не подумала, что папа может не знать. Тогда и не будем ему ничего говорить.

— Таня, тут говорить нечего! И ты забудь эту бредятину!

Таня, послушно кивнув, скрылась в ванной. А Денис почему-то не знал, куда себя деть и чем заняться в эти несколько минут, что Татьяне понадобились, чтобы смыть с лица следы истерики. Ходил по квартире. Слонялся из комнаты в комнату. Бездумно бегал глазами по стенам. Как будто бежал от собственных мыслей. Но мысль эта чертова, зерно сомнения, что он может быть не сыном своего отца, все-таки глубоко и прочно засела в мозгу.

— Где у тебя фотографии? — шмыгнув носом, спросила Татьяна.

— Какие фотографии?

— Фотки, которые я тебе для семейного альбома собирала. Давай сюда.

Очередная бессмысленная идея сестры. Но Денис не стал сопротивляться: вручил ей коробку с фотографиями. То была простая коробка из-под обуви, не какая-то там специальная резная шкатулка.

— Даже в альбом не вложил, — проворчала Таня.

— Само собой сейчас самое время разобраться, почему я фотки в альбом еще не вложил. Ты, как всегда, абсолютно права, сестра, — бросился очередной колкостью."

"Таня начала выгребать фотокарточки из коробки, по одной-две подцепляя их короткими ногтями. Дрожащими пальцами хваталась за снимки как утопающий за соломинку. В конце концов Денису надоело наблюдать за этой агонией, и он высыпал все фото на диван.